Книга Егерь. Последний рывок, страница 80 – Николай Скиба

В этот момент что-то пробило остатки южной стены, как живой таран. Камни разлетелись веером, и в образовавшейся дыре появился Генерал.

Его сложно было назвать тварью. Вблизи он выглядел… как конструкция.

Три с лишним метра в высоту, сгорбленный под собственным весом. Позвоночник выгнут, лопатки выпирали сквозь разорванную кожу. Пальцы на правой руке срослись в единую костяную лопату. Голова сидела низко, почти без шеи. Его глаза моментально нашли Актрису в воздухе.

Карц рванул с фланга и выпустил белый конус прямо в морду Генерала.

Пламя ударило… и просто стекло по выпирающим костям, как вода по жирному котлу. Шерсть на правой стороне морды Сухого обуглилась, но он даже не повернул головы.

Голод тащил его к рыси.

Генерал взлетел на вершину живой лестницы.

Я подпрыгнул, по привычке используя «Лёгкий шаг», намереваясь дать Актрисе время, но тут же ошарашенно рухнул на землю — навыков воздуха у меня не осталось.

У меня вообще не осталось навыков.

Гули приняли вес Генерала и перераспределили его вниз по цепочке — пирамида качнулась и устояла. Борис оказался на уровне, где Актриса ещё не успела набрать вторую высоту.

Челюсти сомкнулись на заднем бедре рыси, и она взвыла. Из неё вырвался высокий короткий звук.

— РВИ ВВЕРХ, АКТРИСА, ВВЕРХ! — я заорал со всей силы, что у меня оставалась.

Актриса дёрнулась всем телом.

Борис отказался разжать челюсти — удержал захват до последнего, и кожа на бедре под натяжением лопнула. Серебряная кровь хлынула вниз — капли загорались серебром в полёте, и часть из них долетала до земли, прожигая на гулях чёрные точки.

Часть капель Борис собрал ртом.

Я заорал. Из горла вырвался звук, какого никто от меня прежде не слышал — что-то первобытное рвалось наружу. Уже бежал к пирамиде, отсекая ножом гулей с фланга, как сверху что-то ударило.

ШШШШРАХ!

Воздух над северной частью двора уплотнился в один прозрачный таран длиной метров в пятнадцать, и эта сила камнем рухнула на Генерала.

Следом за этой мощью шёл сам Режиссёр — за его телом текла грива из чистого ветра.

Старший брат услышал крик сестры.

Мощь стихии ударила Генерала в плечо и должна была снести его с пирамиды.

Должна была.

Он изогнулся в воздухе под углом, который человеческая анатомия не предполагала. Корпус ушёл вбок, удар прошёл вскользь и срубил только верхний ряд живой лестницы. Самого Бориса встряхнуло, перевернуло в воздухе один раз, и в момент, когда Режиссёр пролетал мимо него с инерцией собственного броска, Генерал ударил. Левой рукой, той, что с обычными пальцами. Поймал Режиссёра за переднюю лапу и сжал.

— МММРАААААУ!

Брат взвыл глубоким утробным звуком. Альфа Ветра развернулся в воздухе и выпустил мощное воздушное лезвие в морду Сухого. Оно вошло в правую щёку Генерала, рассекло её до кости и вышло у скулы, обнажив зубы и десну.

Хват разжался.

Режиссёр рванул лапу из костяной хватки. Кость хрустнула снова.

— УЛЕТАЙТЕ, МАТЬ ВАШУ! — заорал я.

Брат ушёл вверх. Сестра уже ждала его в двадцати метрах над ним — её серебряный кокон мерцал короткими волнами, она медленно спускалась, и Режиссёр подхватил Актрису потоком ветра, лишь на секунду оглянувшись на меня.

В его взгляде стояла печаль.

Хоть серебряная кровь и текла с обеих Альф, они всё же смогли полететь. Вдоль южного склона, всё выше, к серой пелене облаков над лесом. Я задрал голову, не отпуская ножа, и смотрел, как два серебристых силуэта тают в предрассветном солнце.