Книга Егерь. Последний рывок, страница 78 – Николай Скиба

Нож вошёл точно в голову. Гуль дёрнулся и повис на клинке, и я придержал его за плечо, чтобы тело не упало на Стёпу.

Опустил тушу в сторону.

Копейщик лежал на боку — кровь шла очень быстро, толчками. Пробита бедренная артерия.

Внутри меня будто оборвался трос. Удушливая ярость ударила в голову, на секунду затмив зрение. Это мой пацан! Тот, кто безоговорочно шёл за мной. Запах его крови ударил по ноздрям сильнее всей гнили этого двора. Мне захотелось броситься на тварь и рвать её зубами, ломать кости голыми руками.

Я задушил эту ярость силой воли.

Виола заносила руку.

У меня не было времени добраться до её головы, поэтому ударил в колено.

Подошва тяжёлого сапога вошла в сустав сбоку — туда, куда колено как раз не гнулось.

ХРУСТ!

Нога подломилась, вектор удара ушёл в сторону, и костяное лезвие вспороло камень.

В этот же момент со спины ударила Мирана.

Она с усилием выдохнула и обеими руками вогнала каменный шип, выросший из ладони, прямо под рёбра Виолы.

Гуль дёрнулся, выгнулся назад, и в этот момент Стёпа ударил снизу копьём — прямо в горло. Сталь прошила гнилую плоть и вышла с другой стороны.

Виола завалилась на бок и затихла.

У Стёпы в глазах читался шок. Рука потянулась к ране — зажать.

— Руками не трогай! — рявкнул я так, что он вздрогнул. Упал перед ним на колени, вдавливая основание своей ладони прямо над раной, всем весом перекрывая артерию. — Держи так, слышишь⁈ Держи, мать твою!

Он перехватил мою руку своей. Зубы сжались до скрипа, но он выполнил.

Я выпрямился, оставляя его держать рану, и дёрнул сидящую на земле Мирану за плечо, выводя её из ступора после потери питомца.

— Жми! — рявкнул, перехватывая её окровавленные руки и вдавливая их прямо поверх своих в рану Стёпы. — Всем весом! Замени меня! Не отпускать! Красавчик поможет!

Друид часто закивала, наваливаясь на пробитую артерию парня. Я выдернул скользкие от крови руки и окинул взглядом двор — нужно было расчистить им путь в лазарет.

Красавчик! Помоги им!

ПИИИИ! —раздалось в ответ, и ждать я не стал, потому что знал, что он справится.

Но моё чутьё взвыло сиреной. Слишком легко! Элита не нападает поодиночке просто так.

Я резко обернулся.

Генерал развёл нас. Пока мы спасали фланг и возились с Виолой, основная ударная масса — два десятка отборных гулей — бесшумно откололась от центра.

Они монолитным клином вливались в двери лазарета. Туда, где лежал обескровленный Григор. Туда, где были Ирма и гражданские.

Дверь с треском вылетела внутрь. Раздался звон бьющегося стекла и короткий, яростный крик Дамира.

Капкан захлопнулся у нас за спиной. Враг ударил в самое сердце.

Я рванул с места, на ходу перехватывая скользкий нож. Хотелось успеть, но образ мёртвой Ирмы уже стоял перед глазами.

До разломанных дверей лазарета двадцать шагов, и в каждом стояла плотная масса гнилого мяса, которая уже вливалась в здание.

Внутри слышался рёв волка Дамира, со звоном лопалось стекло. Я рванулся вперёд.

Первого гуля просто смёл — даже не заметил. Карц расчищал мне коридор — бил точечными конусами белого пламени. Второй, третий. Тварей было слишком много, и каждого срубленного заменяли двое. Я со скоростью пробивался через эту кашу.

И в эту секунду откуда-то сверху сорвалась Актриса.

Я не отдавал приказа.