Книга Егерь. Последний рывок, страница 52 – Николай Скиба

Григор негромко кашлянул.

— Старик едва двигается после столицы.

— Знаю. Он сам попросился в авангард. — Я провёл линию вдоль восточного фланга. — Карц здесь. Будет работать точечно, не широкими залпами — иначе выдохнется за первый час. Актриса — западный фланг. Её задача — не дать гулям обойти стену по краям.

— А Живой? — спросил Стёпа.

— Живой остаётся при мне. Его «Рёв» парализует Сухих. Это единственное оружие, которое бьёт их напрямую. Я буду там, где хуже всего. — Поставил точку углём на южных воротах. — Красавчик работает разведкой. Горностай будет докладывать мне о движении орды и предупреждать о прорывах.

— Теперь о наших силах. Моя стая — это затычки для самых критических дыр. Но основную массу сдерживаете вы.

Я посмотрел прямо на старосту.

— Григор. Твои Марэль и Горн.

Отшельник медленно кивнул. Два его сибирских медведя Алой Кости, каждый весом под тонну, были самой тяжёлой силой в деревне после моих зверей.

— Держишь их в резерве у главных ворот, — приказал я. — В мясорубку сразу не бросать. Если ворота треснут, медведи встают в проломе плечом к плечу. Их задача — работать как живой щит, просто давить массу своей массой.

Перевёл взгляд на Дамира и Стёпу.

— У нас в деревне двенадцать звероловов. У них таёжные волки, кабаны-секачи, рыси. Соберите их в три мобильные группы. Приказ владельцам питомцев — не пускать зверей в одиночные атаки! Гули задавят их числом и порвут на куски. Берегите зверей.

Дамир поднял руку.

— А сколько у нас боеспособных?

Я посмотрел на Григора.

Староста потёр бороду.

— Тридцать восемь человек с оружием. Двенадцать Звероловов и Мастеров. Арбалетчиков — девятнадцать. Болтов запасли восемьсот сорок штук.

— Восемьсот сорок на пятьсот целей, — произнёс я вслух. — Это мало, если каждый выстрел не в голову.

— Поэтому в первую очередь работает то, что мы готовили всю зиму, — я ткнул углём за пределы нарисованной стены. — Волчьи ямы на южном подступе. Колья на дне щедро смазаны ядом Афины, Ирма об этом позаботилась. Дамир, на тебе котлы со смолой.

— Смола застыла за зиму, Максим, — нахмурился парень. — Греть обычными дровами будем до завтрашнего утра.

— Не будем. Возьмёшь людей с огненными питомцами. У Прохора росомаха с искрой, у кузнеца песчаный лис. Загоните их под котлы на стене. Пусть выжгут весь свой резерв магии, но, чтобы к моменту, когда орда подойдёт к воротам, смола кипела так, что плавила бы камень. Гули не чувствуют боли, но кипящая смола сжигает им сухожилия. Тварь без сухожилий не сможет прыгнуть на стену.

Повернулся к Стёпе.

— Твоя задача — стрелки. Завтра с рассвета гоняешь их на мишенях. Только голова. Никаких выстрелов по корпусу!

Стёпа кивнул, и в его движении не было ничего от прежнего деревенского парня.

— Теперь про смены, — продолжил я, глядя на Григора. — Ополчение делишь на три части. Одна треть на стене, одна треть спит, одна треть ест и готовит снаряжение. Меняешь каждые четыре часа. Усталый стрелок промахивается, промахивающийся стрелок расходует болты впустую.

— Понял, — сказал Григор.

— Лина. — Я посмотрел на девушку. — Что с лазаретом?

Она выпрямилась.

— Мы с Никой подготовили запас на двадцать тяжёлых ранений. Жгуты, прижигающие составы, обезболивающее из арктической мяты.

— Двадцать мало. Удвойте за ночь, заготовки у вас есть, не скупитесь. И убери всё ценное от окон — если стена не устоит, осколки пойдут внутрь.