Книга Егерь. Последний рывок, страница 49 – Николай Скиба

Раннер недоверчиво ощупал застарелый шрам на рёбрах и покачал головой.

Мы спустились в предбанник. Воздух здесь казался ледяным после парилки. Дамир молча разлил по деревянным кружкам холодный квас. Я сделал долгий глоток. Ледяная кислинка обожгла горло, смывая привкус хвои и пота. Идеальный контраст, возвращающий ясность мыслям.

Мужики расселись по лавкам, шумно отдуваясь и вытирая красные лица полотенцами.

— Указ короля у меня в кармане, — нарушил я тишину, ставя пустую кружку на стол. — Мы теперь официальные монополисты. Вся Зона максимальной опасности и все магические твари в ней — наш ресурс. Ни один столичный или южный ловец не имеет права пересечь границу без моего дозволения.

Слова повисли в воздухе — это был фундамент экономики нашего клана.

Дамир вдруг подался вперёд.

— Максим… Звероферма, — выпалил парень, комкая в руках полотенце. — Мы с Линой говорили об этом. Когда мы уходили из Гильдии, думали, что хотим великих битв, славы…

Он отпил из кружки, собираясь с мыслями.

— Но вот, что я понял. Мы не воины. Мы поняли, что до одури скучаем по нашей ферме, что была в Драконьем Камне. Если Зона теперь наша… дай мне ферму. Через пять лет мы завалим рынок элитными зверями.

— К этому и вёл, — коротко кивнул я. — С завтрашнего дня ты официально отвечаешь за всё развитие зверофермы. Составляй списки нужных материалов и людей, передашь Григору.

Дамир выдохнул так, словно с его плеч сняли груз всей вселенной. Его лицо расплылось в широкой улыбке.

— Жениться тебе надо, фермер, — гоготнул Стёпка, подливая себе кваса.

Он светился как начищенная монета. Их отношения с Мираной ударили ему в голову крепче любого хмеля.

— Вот посмотрите на мою, — Стёпу понесло, он даже кружку отставил, чтобы жестикулировать. — Стены гранитные на всю деревню подняла! Хозяйственная, умная. Да, я знаю, что все думают. Знаю, что она в Семёрке была… Но она же исправилась! А если точнее, никогда и не была её частью до конца. Каждому нужен второй шанс, мужики. Если человек осознал и делом доказал…

Я слушал его трескотню вполуха. Юношеский максимализм и вера во всепрощение. Но Мирана была полезным активом. Она строила непробиваемые укрепления.

— Кстати, о вторых шансах и дурости, — Стёпа хохотнул, проводя пятернёй по мокрым волосам. — Вспоминаю сейчас, каким я малолетним придурком был. Сох же по этой Виоле. А она об меня ноги вытирала. Хорошо, что мозги на место встали.

Имя хлестнуло по ушам.

Моя рука, потянувшаяся за ковшом, замерла в воздухе. Я нахмурился.

Виола. Внучка Ефима. Я лично выжег её Потоковое ядро, лишив дара. А потом… потом завертелась мясорубка. Убежище, Афина, турнир, Мика, Сухие Генералы, столица… В этой бесконечной гонке на выживание я просто вычеркнул как отработанный материал. Я банально о ней забыл.

Повернул голову к старосте.

— Кстати, Григор. А где она? Её не было с переселенцами, когда мы перетаскивали людей в Город Древа.

Григор помрачнел, опёрся локтями о колени и уставился в пустую кружку. В предбаннике повисла тишина.

— Желчь её сожрала, — глухо ответил Григор. — Когда ты лишил её силы, сдерживать её разум мог только Роман. Но Первый Ходок погиб, так и не закончив работу с ней и… у неё в голове что-то окончательно треснуло. Никого слушать не стала. Собрала какие-то крохи и ушла прямо в Зону максимальной опасности.