Книга Шеф с системой. Пятый вкус, страница 41 – Тимофей Афаэль

Следом за ним из-за кухонной двери выглянула девочка в ярком красном платьице. Девочка увидела Мстислава, прижалась к дверному косяку и смотрела на него большими круглыми глазами, в которых любопытство боролось с осторожностью. Потом любопытство победило, и она вдруг широко улыбнулась ему, просто потому что у неё было хорошее утро и мир вокруг был добрым. И исчезла за дверью, мелькнув красным подолом.

— Ваши? — спросил Мстислав, хотя уже знал ответ.

— Мои, — сказал Веверин.

В этом коротком слове уместилось столько всего, что Мстислав не стал переспрашивать. Не родные по крови, но его. Все до единого — и маленький командир с мучным носом, и девочка в красном платье, и та девушка с прямой спиной у входной двери, и мальчишки с коробами на улицах.

Мстислав доел последний кусок пиццы, не торопясь вытер руки полотняной салфеткой и откинулся на стуле, разглядывая Веверина оценивающим взглядом, которым изучал людей при дворе.

У Соколовых он увидел талантливого повара, который виртуозно работает с мясом и умеет красиво поставить на место наглую столичную девицу. Впечатляло, но не более. А сейчас, в этом зале, за столом, Мстислав увидел совсем другого человека. Человека, который построил собственный маленький, шумный мир, пахнущий тестом и дымом, населённый уличными детьми. Несовершенный мир, но живой и настоящий, в котором шестилетний пацан не боится делать замечания столичным боярам, а девочка улыбается незнакомцам просто так, потому что ей безопасно и хорошо.

И его дочь собирается выйти против этого человека на турнирную арену.

Мстислав позволил себе мысленную усмешку. Бедная Анна. Она наверное до сих пор думает, что едет воевать с деревенщиной. Что её враг — грубый самоучка, которому повезло с одним рецептом. А деревенщина сидит напротив, пьёт свой сбитень и улыбается спокойной улыбкой человека, который давно просчитал всё на десять ходов вперёд.

— Александр, — Мстислав поднялся и неторопливо одёрнул кафтан. — Благодарю за угощение. Еда великолепная, и теперь я окончательно убедился, что Елизаров мне не врал. Ну, почти не врал — он сказал «хорошо», а надо было говорить «невероятно». Поеду устраиваться. Устал с дороги.

Он сделал шаг к двери, потом остановился — как бы невзначай, будто вспомнив что-то незначительное.

— Кстати, Александр, — произнёс он тем самым добродушным тоном, за которым прятались самые опасные слова. — Жду не дождусь посмотреть, как вы сойдётесь на арене с моей дочерью.

Веверин чуть приподнял бровь — единственный признак того, что фраза его зацепила.

— Анна Мстиславовна, — продолжил Мстислав, наслаждаясь моментом. — Личный кулинарный мастер Великого Князя. Она уже здесь, в городе, и привезла с собой очень серьёзную команду. Хорошо помните вашу встречу?

Глаза Веверина

чуть сузились, и на губах проступила ухмылка, которую Мстислав запомнил ещё с того ужина у Соколовых. Охотничья ухмылка.

— Помню, — сказал Веверин. — Девушка, которая назвала мой соус кислой похлёбкой. Конечно, помню.

— Она, знаете ли, тоже вас помнит. Очень хорошо помнит, Александр. Я бы даже сказал — только о вас и думает последнее время.

— Приятно слышать, — ухмылка стала шире. — Передайте ей от меня, Мстислав Данилович, что я искренне рад. Будет интересно.

— Непременно передам.