Книга Зал костей, страница 52 – Тим Харди

— Ты змея, Гаутар, – выплюнул Йорик. – Тебе нравится притворяться великим воином, а на самом деле ты предпочитаешь, чтобы другие делали грязную работу за тебя. Игуль заслуживал большего.

— Хватит слов, – прохрипел Гаутар. – Не тяни!

— Я видел над крепостью черный флаг и знаю, что стал вождем. Хотя не думал, что дома меня ждет такая встреча. Слишком много достойных людей из клана Ривсбург убиты благодаря тебе. Если я сейчас покончу с тобой, между моей семьей и Рагнаром начнется кровная вражда. То-то обрадуется Тюрвинг Черноглазый! Он будет наблюдать, как мы уничтожаем сами себя, а потом вернется и довершит начатое. Как ни больно признавать, в нынешнее тяжелое время мне нужны такие люди, как ты. Я даю тебе выбор. Поклянись в верности мне и моей семье, и я сохраню тебе жизнь. Но если ты не хочешь стать моим союзником, я убью тебя как предателя, коим ты и являешься, а мои люди позаботятся о том, чтобы Рагнар, Тром и твоя свита не покинули крепость Ульфкель живыми. Просто и красиво, не так ли? Что скажешь?

Окровавленное лицо Гаутара исказилось от позора и боли. Я услышал, как Финнвид вытащил меч из ножен, увидел, как Ольфрид сжал рукоять топора. Йохан, Джури, Ругга, Каун и Брунн молча вошли в круг. Рагнар кивнул своим людям, которые тоже держали оружие на изготовку. Все ждали, куда повернется эта мрачная заваруха. Я с трудом держался на ногах, гадая, где мой меч и будет ли от меня толк в предстоящей схватке.

Гаутар медленно приподнялся и сел, с нескрываемой ненавистью глядя на Йорика снизу вверх, струйки темной крови стекали из его носа и рта на помятую кольчугу. Он несколько раз отхаркнулся и сплюнул, затем опустился на колени и распростерся ниц перед моим братом. Толпа громко ахнула, а Рагнар отвернулся, не в силах смотреть на унизительное зрелище.

— Клянусь богами, парень, ты истинный сын своего отца, не поспоришь! Ради моего сына я теперь принадлежу тебе и сердцем, и душой. Клянусь в этом духом моего отца и жизнями моих внуков. Даруй нам жизнь, и, обещаю, ты никогда не пожалеешь о том, что проявил милосердие.

— Увидим, – проворчал Йорик. – И я тебе не парень, старик. Я – вождь!

— Тебе обязательно идти?

Голос Десты звучал настойчиво, и, честно говоря, я призадумался, стоит ли идти на встречу с братом. Однако ослушаться первого приказа нового вождя клана было неразумно, поэтому я неохотно откинул одеяла и с трудом сел в кровати. Тело отчаянно протестовало после трепки, которую мне задал накануне Гаутар.

— Да, любимая. Прости. Долг зовет даже в такую несусветную рань.

— Йорик наверняка обойдется сегодня без тебя, – уговаривала Деста.

Она стиснула меня в объятиях, да так сильно, что я ойкнул от боли в груди. Деста разжала руки, хихикнув над моей слабостью.

— Вот видишь! Ты едва шевелишься. Отдохни как следует, долг подождет. Пусть Йорик даст тебе время прийти в себя после всех мучений.

— С тобой я точно не отдохну, – возразил я, шутливо оттолкнув ее руки, встал с кровати и, прихрамывая, начал собирать свою одежду. – Мой брат теперь вождь. Победа в схватке с Гаутаром, конечно, очень важна, но ее одной мало, чтобы укрепить власть. Нам еще многое предстоит сделать.

— Никак не могу поверить, что Йорик оставил этого изверга в живых. Он чуть не убил тебя! И пытался убить Йорика.