Книга Зал костей, страница 188 – Тим Харди

Йолдир яростно моргал, пытаясь сохранить ясность зрения, на его лбу выступили капельки пота.

— Значит, это правда. А я так надеялся, что Этта ошибалась, – сказал он.

— Этта слишком долго вмешивалась в наши дела. Когда все закончится, мы навестим старую каргу и покончим с ней раз и навсегда.

— Ты не в том положении, чтобы угрожать, – нахмурился Йохан. – Мы пришли отомстить за наш клан.

Я кивнул, решив перебить Сандара и завладеть преимуществом.

— Ты солгал на сходе клана, поддержав притязания самозванца на трон Рива. Ты предал своего вождя и способствовал его убийству, а также выдал людей, которые считали тебя другом, нашим извечным врагам. Я был там, когда Тюрвинг убивал мою семью, и знаю, что ты приложил руку к их смерти. Кто-то должен заплатить за всю кровь, льющуюся на наших землях.

Сандар рассмеялся, взгляд его ясных голубых глаз проник глубоко в мою душу. Потребовались все мои силы, чтобы не убежать.

— Я должен отнекиваться… должен приложить усилия, как ожидает Адальрик. Но это так… трудно. Конечно, я верен своему королю, но плоть… Меня не предупреждали, а ведь это опьяняет, и так трудно устоять перед плотскими удовольствиями!

У Йохана отвисла челюсть.

— Ты признаешься?

Скари со злобной улыбкой на покрытом шрамами лице повернулся к Миру.

— Жаль, а мне так хотелось помучить красавчика.

Мир стоял неподвижно с обнаженным мечом, и казалось, что закаленный воин вытесан из камня.

Теперь смеялись все жители Таллена, их резкий смех звучал злобно и противоестественно. Сандар тоже усмехался.

— А что, если так, Йокельсвард? Какое имеет значение, если я признаюсь в своих грехах червяку? Чем мне это грозит? Вы все – просто плоть, теплая живая плоть. Вы – дар богов, а дары нельзя отвергать.

Йолдир положил мне руку на плечо.

— Встань за мной.

Тенгиль выступил вперед, я почувствовал, как сильные руки отодвигают меня, а затем мир опрокинулся на бок.

Лейв забился под кровать. Он стыдился своего страха, но ничего не мог с собой поделать. На лестнице послышались шаги, и мальчик попытался дышать спокойнее, борясь со слезами. Он должен был убежать, должен был, пока еще мог, уговорить отца уйти с ним. А теперь слишком поздно. Родители исчезли, оставив его совсем одного, в темнице, и он не понимал почему.

Еще шаг. Хотя кто-то пытался ступать бесшумно, ступеньки всегда скрипели. Лейв сдержал очередной всхлип и замер, услышав, как отодвигаются засовы. Увидел пару ног в черных башмаках и непроизвольно вскрикнул, когда фигура присела на корточки и перед взором мальчика появилось лицо с черной бородой.

— Не бойся, сынок, я тебя не обижу. Меня зовут Ульвар, а тебя как?

Незнакомец расплылся в улыбке, которая внезапно застыла на лице, когда мать Лейва с силой ударила его по голове. Ульвар крякнул и попытался встать, однако на череп обрушился второй удар, и кровь залила глаза. Ему удалось приподняться – и в этот миг Лина вышвырнула его за дверь, буквально впечатав в стену.

Лейв отпрянул, когда под кроватью показалось Линино лицо.

— Оставайся здесь, мальчик. Я вернусь за тобой.

Лейв смотрел, как ее босые ноги выходят из комнаты так же тихо, как и вошли, и на этот раз, когда в груди поднялись рыдания, он уже не смог их сдержать.

* * *

Я лежал лицом в грязи. Мне никак не удавалось понять, почему я больше не внутри, не прячусь под кроватью, а мои уши наполняют звуки битвы, крики и стоны умирающих людей. Сильные руки схватили меня за шкирку и поставили на ноги.