Книга Дикая кровь, страница 42 – А. Дж. Врана

— Ты поймешь, когда увидишь, – вот и все, что он сказал, но у него не было никаких зацепок относительно того, где эта нейтральная сторона припрятала искомый объект. Местоположение будет объявлено победителю, и у Кая было время до обмена, чтобы ее выкрасть.

Энергично вытираясь полотенцем, он вышел из наполненной паром ванной, и прохладный воздух в коридоре покалывал его кожу. Как только он забрался в постель, Мия перевернулась и прижалась к нему. Он обнял ее одной рукой и медленно выдохнул. Он должен сказать ей. Может, не сегодня, но завтра…

Девушка что-то пробормотала, и ее макушка уютно прижалась к его подбородку. Чувство вины камнем лежало у него на сердце. Он все испортил. По-настоящему, по-настоящему испортил. Он пытался держать Мию подальше от дел Братвы, но был наивен, полагая, что они в конечном итоге не смогут надавить на него через нее. Ее отсутствие на его боях позволило избежать нескольких любопытных взглядов, но было невозможно отвести глаза мафии.

Кай отказался и дальше втягивать ее в свое дерьмо. Он решил бы все быстро и без шума, а когда закончил, сказал бы Сергею, чтобы тот держал его подальше от незаконных дел. Если бы не это, он получил бы удар по шее.

Может быть, тогда он смог бы показать Мии, как сильно он хочет, чтобы она была с ним в «Исповедальне».

Он должен был выяснить, где хранится эта фальшивка. О том, чтобы просеять Братву, не могло быть и речи, но, возможно, кто-то посторонний захочет расколоться – кто-то вроде него. Наемник.

Сердце Кая бешено заколотилось в груди. На самом деле такой человек, как он, действительно существовал.

Иван Зверев.

Вероятно, с ним, как и с Каем, был заключен контракт на бой, а это означало, что его не интересовал этот фарс. У бандитов были длинные языки, а у Вани Зверева – острый слух.

Все, что нужно было сделать Каю, – это разнюхать местоположение своего сородича.

Теперь, когда у него созрел план, нервы успокоились, но остальная часть его существа возмущалась необходимостью общаться со Зверевым.

Зверев.

Что же такого было в этих шести буквах, что скручивало его внутренности в узел?

Кай всем телом вжался в матрас, его веки от усталости отяжелели, а разум помутился. Его мысли путались в бессвязном тумане, и когда он больше не мог цепляться за настоящее, тело наконец отпустило его.

Вокруг все смердело. Картинка расплывалась перед глазами, приглушенные рыдания и стоны отчаяния пробивались сквозь его сознание. На полу у его ботинок виднелись следы навоза. В спину впивались расщепленные доски, грубая ткань рубашки была влажной от пота. Кожа отчаянно чесалась, но он не мог найти в себе сил оторвать этот проклятый твид от своего тела.

Кто-то толкнул его в плечо, затем кашлянул – слишком близко. Он отпрянул и скорчил гримасу, отталкивая незваного гостя. Его рука выглядела по-другому – меньше и более мозолистая, чем обычно. Опухшие костяшки пальцев, искривленный безымянный палец; кость срослась неправильно. Он размял ноющие ноги – разве они не были длиннее?

Постепенно мрак рассеялся, зрение обострилось. Деревянные стены и потолок. Какая-то машина. Поезд для перевозки скота? Запах, несомненно, был соответствующий. Его взгляд блуждал. Повсюду были тела. Некоторые лежали неподвижно. Другие сидели, ссутулившись, как и он, и свет исчезал из их глаз. Дети плакали, и от них несло болезнью.