Книга Дикая кровь, страница 40 – А. Дж. Врана

Кай с удовольствием сразился бы с букавацем. Она представила, как он стоит, прислонившись к ближайшему дереву со скучающим лицом и бубнит ей, чтобы она смотрела налево. Он вертит в пальцах охотничий нож, с сожалением вздыхает, а потом сокрушается, что ему никогда не удастся заколоть гигантскую жабу-убийцу с оттопыренными рогами и хвостом ящерицы.

В следующий раз, когда они вместе окажутся в опасности, ему придется застолбить себе место.

Кай

Было около четырех утра, когда вернулся Кай, чье тело и самолюбие были в равной степени разбиты. Ему не нужно было включать свет, чтобы знать, что Мия, свернувшись калачиком на диване, ждет его; ее тревога витала в воздухе, как горький запах.

Она села, плед соскользнул с ее плеч.

— Где, черт возьми, ты был?

В ее голосе слышались беспокойство и тревога, которые теперь, когда он был дома, взяли верх. Он щелкнул выключателем, и тусклая лампочка над головой моргнула, осветив комнату.

— Прости.

Она звонила, наверное, раз десять, но его телефон был выключен, пока он обсуждал с Сергеем последствия своей грубой ошибки.

Скользнув по нему широко раскрытыми глазами, взгляд Мии задержался на его челюсти, где красовались свежие синяки. Она спрыгнула с дивана и обхватила его лицо ладонями.

— Что случилось?

Он уклонился от ее испытующего взгляда, уставившись на пол.

— Я встретил себе подобного.

Ее пальцы замерли на его скулах.

— Что?

— И проиграл. – Это прозвучало сдавленно, и он мрачно усмехнулся. Он действительно был оглушен.

У Мии отвисла челюсть, когда она повторила:

— Ты проиграл? – Она отступила, опустив руки. – Постой. Что значит, ты встретил себе подобного?

— Большой русский парень. Пахло Сибирью. Самый сильный и быстрый ублюдок, которого я когда-либо видел. – Донован сглотнул, борясь с комом в горле. – Сказал, что его зовут Иван Зверев.

Мия молчала, переваривая информацию.

— Он волк? Как ты и Ама?

— Я не знаю. – Это не имело значения. Его родители были похожи на него, но дело было не только в генетике; он был реинкарнацией бога разрушения: Сендоа, волка из легенды о Сновидице. Все это не имело смысла. Даже с Амой они не похожи – у нее другая кровь, и она скрывала свое происхождение.

Мия присела на подлокотник дивана.

— И ты сказал, что от него пахло Сибирью?

Кай кивнул, чувствуя, как от усталости сводит руки.

— Возможно, мы из одного региона.

Мия знала, что Кай родился в Сургуте, Западная Сибирь, в семье русского отца и матери-татарки. Они погибли, когда тот был маленьким, и он помнил лишь фрагменты своей жизни до появления Элис. Интересуясь его наследием, Мия изучала историю региона, в то время как Кай притворялся равнодушным, но он слушал, как она рассказывала ему о татарских и славянских миграциях, ссылках и нефтяном буме 60-х годов. За неимением чего-то конкретного, он спокойно принял истории Мии. Для кого-то они были правдой, как, возможно, и для него.

— Ты в порядке? – Ее вопрос вернул его к действительности.

— Я в порядке, – машинально ответил он, затем прикусил язык. Коннор был прав. Он понятия не имел, о чем говорит. – Со мной все будет в порядке, – исправился он, поднял ее с подлокотника и поцеловал в лоб. Донован устал и не хотел разговаривать – удобный предлог, чтобы пропустить худшую часть вечера.