Книга Первый среди равных. Судьба, страница 116 – Павел Чук

На моё предложение вождь ничего не ответил, но подал знак и один из присутствующих встал, открыл дверь шалаша, принял у подавшего большое блюдо, и поставил на импровизированный стол. Когда крышку блюда открыли, в шалаше разнёсся такой знакомый запах печёного мяса…

— Палатка готова, лагерь разбит, но… вы слишком долго отсутствовали, уважаемый энц, — встречал нас офицер. Мы действительно задержались. Когда подали запечённое мясо, а я предложил вождю выпить своего напитка, то разговор сразу наладился, и я не заметил, как прошло оговоренное на возвращение время.

— Так получилось и рад, что не наделали глупостей… — спокойно ответил, обводя взглядом оборудованный лагерь. Когда осознал, что мы, воспользовавшись гостеприимством вождя Бурых медведей слишком засиделись, я занервничал, боясь, что офицер отдаст приказ выступать и неизвестно как на это отреагирует принимающая сторона. Но риск того стоил. Вождь, навеселе, очень много рассказал и о племени, его житье-бытье, и о других племенах, не забыв по моей подсказке пояснить, почему их племя называется «Бурые медведи» и тогда вождь окончательно раскрепостился. Рассказал древнюю легенду происхождения племени. На память я не жалуюсь и почти дословно её запомнил, а там было достаточно много интересного, но покрытого мистикой и поэтому мне надо с кем-то поговорить, проконсультироваться по этому поводу. — Лагерь оставь оборудованных на всякий случай. Оставьте там немного припасов на один день, но нам надо возвращаться в гарнизон.

— Скоро ночь и снег пошёл… — попробовал возразить офицер, но сник под моим пристальным взглядом, — извините, слушаюсь!..

Всю дорогу в гарнизон я проклинал себя, что не послушался офицера. Практически, как только собрались и выступили в обратный путь, пошёл сильный снег. Но это ещё не всё, когда наступили сумерки сильно похолодало и мы оказались не готовы к такой резкой смене погоды. Пришлось останавливаться и разбивать лагерь, хотя до гарнизона оставались всего-то километров шесть, если по прямой, но видя, как изнывают от холода солдаты, и, если честно, я сам замёрз как собака, что зуб на зуб не попадал. Вдобавок я не чувствовал пальцев ног, и не стал надеяться на удачу, отдал приказ разбивать временный лагерь. К моему счастью офицер не стал возражать, только укоризненно посмотрел на меня.

— Разрешите отправить гонца в гарнизон с сообщением, что с нами всё в порядке? — уточнил офицер.

— Доедет?

— Доедет, уважаемый энц. В противном случае, если от нас не будет известий, то начальник поднимет по тревоге солдат и всеми выступит на наши поиски.

— Я об этом не подумал, — пробормотал себе под нос, так как опять совершил… нет не ошибку, а заигрался во власть. Что я знаю о востоке Империи? А собственно ничего. Только то, что узнал из книг и скудных рассказов собеседников, которые мало что знают о здешних местах, а с толком, вдумчиво поговорить с жителями здешних мест не удосужился, ограничившись беседой с начальником гарнизона и старшими офицерами, которые пусть и служат в гарнизоне не один год, но они не местные, не знают здешних особенностей. — Хорошо, отправляй и лучше двоих, чтобы помогли друг другу, если что случится.

— Я вас понял, — ответил офицер и принялся отдавать приказы.

А я, умерив свою гордыню, вместе с солдатами принялся оборудовать временный лагерь. Нам надо срочно развести огонь и обогреться. Ещё поставить пару палаток, а то, как понимаю, нам придётся здесь ночевать, а тем временем ветер усиливался, завьюжило. И я почувствовал себя прям как дома на Земле, когда от падающего большими хлопьями снега видимость сокращается фактически до нуля, а ты сидишь в тепле — дома и пьёшь горячий чай. Вот только теплого укрытия нет, и чая тоже.