Книга Осколок зари, страница 76 – Брендон Сандерсон

Глубже.

Глубже.

Спрены страха тянулись за Рисн, как пузыри. Струна оказалась очень сильным пловцом. И все же Рисн едва не запаниковала из-за того, что ее тащат куда-то, тянут во тьму. Это напомнило ей не только ужас, пережитый на грани жизни и смерти, но и беспомощность в течение последующих кошмарных недель.

Обыденные действия – встать с постели, посетить туалет или приготовить себе поесть – внезапно стали почти невозможными. Страх, отчаяние и стыд обрушились на Рисн. Дни напролет она лежала в постели, уверенная, что лучше бы умерла, чем стала такой обузой.

Ей удалось преодолеть негативные эмоции и мысли. Благодаря собственным усилиям, помощи родителей и Встима она поняла, что еще не все потеряно. Что жизнь – хорошая штука и станет еще лучше. Что она не обуза, а личность. Однако, когда океан снова поглотил ее, Рисн обнаружила, что давние страхи живы и здоровы; они копились, точно гной, внутри, под коркой благополучия. Непереносимое ощущение собственной беспомощности. Ужас при мысли о необходимости зависеть от чужой милости.

И тут она увидела спренов.

Спренов не страха, нет, а удачи. Создания, похожие на наконечники стрел, метались вокруг нее и Струны. Десятки – нет, сотни, тысячи. Свет пасмурного неба сюда не проникал. Ушам стало так больно, что пришлось выдохнуть, зажав нос, чтобы выровнять давление. Но эти спрены сияли, освещая путь и подталкивая вперед.

«Я вас знаю, спрены», – думала она.

Ей бы паниковать при мысли, что вот-вот утонет, а она разглядывает спренов.

«Как мне удалось упасть с такой высоты и не умереть? Все говорили, что это чудо».

Она осторожно попыталась высвободиться из рук Струны. Спрены вели их к мерцающему свету, исходящему от скал. Небольшой туннель?

Легкие начинали гореть. Рисн выскользнула из рук Струны, развернулась и, цепляясь за скальный выступ, толчками двинулась к свету. Струна плыла позади, а спрены сопровождали обеих, как и в темных глубинах.

Вот и поверхность воды. Рисн подтянулась вверх и судорожно вздохнула. Мгновение спустя вынырнула Струна.

Рисн, дрожа всем телом, хватала ртом воздух. Тьма, хоть глаз коли. Что случилось со светом? Со спренами? Звуки дыхания эхом отдавались от близких стен. Похоже, она в какой-то пещере под островом.

Нащупав выступающий камень, Рисн ухватилась за него правой рукой, а левой потянулась к кошельку со сферами, что лежал в левом кармане юбки. Порылась в нем и, достав яркую бриллиантовую марку, сжала ее в ладони, обтянутой тонкой перчаткой.

В свете импровизированного фонаря возле камней поблизости показалась голова Струны, облепленная мокрыми рыжими волосами. Они действительно находились в пещере – вернее, в туннеле, который начинался с озерца, примыкающего к океану.

Струна вылезла из воды и помогла выбраться Рисн. Они посидели на берегу, кашляя и глубоко дыша.

— Спрены удачи все еще здесь? – спросила Рисн.

— Апалики’токоа’а. – Струна показала куда-то вверх, но Рисн ничего не увидела. – Они явились вам?

— Да, – прошептала Рисн. – Под водой.

— Они направляли нас, помогали плыть быстрее, – сказала Струна. – Мой отец всегда пользовался благословением спренов. Они укрепляли его руку, когда он натягивал Часовой лук на Пиках, но мне не довелось испытать такое счастье. – Ее палец прочертил дорожку, ведущую в глубину туннеля. – Они направляются туда.