Книга Ветер и Правда. Том 1, страница 344 – Брендон Сандерсон

Если он не вернется, его соотечественники обречены. И он никогда не узнает, как – или почему – погиб его отец.

Клинок Чести проникся столь настойчивой необходимостью и компенсировал нехватку способностей Сзета.

«Пойдем! – сказал Кровь Ночи. – Готов поспорить, Сил за меня волнуется!»

Сзет ткнул в воздух. Рука похолодела, когда Клинок Чести стремительно потянул из него буресвет. Острие оружия вспороло саму реальность, словно живот врага, прорезав узкую щель фута в четыре шириной. Она выгнулась наружу, образовав дыру, размера которой как раз хватало, чтобы пройти.

Изнеможение накрыло Сзета ровно в тот момент, когда бусины у него под ногами пошли волнами и стали рассыпаться. Он с криком схватил Кровь Ночи и оба Клинка Чести, прыгнул в открывшуюся дыру и вывалился в темноту.

Пружинистая трава, растущая на глине, пахла свежестью и жизнью. Сзет вдохнул полной грудью и откинулся на спину, обессилев от стремительной потери буресвета. Золотистая версия Крови Ночи пропала у него из руки, но он слышал, как черный меч напевает и разговаривает у дерева, где он оставил его прежде. Два Клинка Чести по-прежнему были при Сзете, и он умудрился не напороться на них при падении.

Он дал себе минутку, лежа на спине и глядя в небо, пока из ночи не надвинулась тень и не нависла над ним.

— Сзет! – воскликнул Каладин. – Вот ты где! Почему ты ушел? Хватит валяться. Нам разве не следует продумать план противостояния следующему носителю Чести?

Неболом в ответ рассмеялся. Подсветив себе сферой, Каладин увидел два Клинка Чести и ахнул.

— Ты хорошо справился, Сзет, – произнес ему на ухо высший спрен. – Принял вызов и вышел с победой.

— Ты говоришь так уверенно, – прошептал Сзет.

— Так и есть, – отозвался невидимый спрен.

— В таком случае не предпочел бы ты, чтобы я забыл, как ты барахтался в бусинах? Как в ответ на просьбу о помощи принес мне ложку? Должен ли я забыть, насколько ты был бесполезен?

— Я… Это было… намеренно. Чтобы ты точно на меня не полагался.

— Ну разумеется, спрен-ними, – сказал Сзет. – Если мы продолжим, следующим будет светоплетский монастырь?

— Да. Это логично.

— В таком случае я поделюсь с тобой кое-чем, чему много лет назад меня научил мой наставник в светоплетении.

— Хм… хорошо, – согласился спрен. – Что же это?

Сзет приоткрыл один глаз и взглянул на Каладина, ожидавшего объяснений. Но ответил он не ему, а шепотом – спрену:

— Когда живешь в иллюзии, спрен-ними, будь очень осторожен, чтобы ничем ее не испортить. Стоит такому случиться, и снова завоевать доверие окружающих будет невероятно трудно.

Шаллан сидела и наблюдала за косяком небесных угрей в небе. Они игриво покусывали друг друга, свивались кольцами и носились туда-сюда. Было слишком далеко, чтобы подробно рассмотреть дробление цветов натрое, однако оно проявлялось повсюду. В этих мирах, создаваемых спренами Ренарина и Рлайна, у Шаллан возникало чувство, будто она попала в ксилографическую гравюру.