Книга Ветер и Правда. Том 1, страница 273 – Брендон Сандерсон

— Беседую с Ветром. Ей нужно мое присутствие здесь. Какой монастырь следующий?

— Волеформаторский, – ответил Сзет, махнув рукой куда-то вдаль. – Пойдем?

Каладин кивнул. Он впервые ощутил полную включенность в задание с того момента, как Далинар отдал ему приказ.

Конец третьего дня

Баксиль невидимкой скользил по улицам Азимира. Каждый дюйм его тела, за исключением глаз, туго охватывали полосы багряной ткани. Завязанные концы временами выбивались из-под плаща, развеваясь на ветру неведомого Течения. Держа руку на каттаре, висевшем в ножнах на боку, он следил, не заметит ли его кто-то из толпы.

Пока ничего. Хорошо.

Город был кое-как подготовлен к войне. Баксиль прогуливался по алетийскому лагерю, занявшему место Большого рынка. Солдаты расставили палатки концентрическими кругами, которые наверняка считали ровными и равномерно расположенными. Азирцы для надежности расчертили бы границы проходов мелом. Баксиль позволил себе улыбнуться, вспоминая времена, когда и сам страдал такой же педантичностью.

Его не заметила ни одна душа. Теперь Баксиля могли увидеть лишь те, кто его искал. А прикоснуться к ним он мог, только если они пытались его убить.

Он покинул алетийский лагерь и по старой памяти прошептал молитву Верховному Кадасиксу: «Если можешь сделать так, чтобы я получил, что заслуживаю, я буду признателен. Спасибо».

Азимир славился своими чайными, занимавшими ту же нишу, что и питейные заведения на востоке. Баксиль перебывал во множестве и тех и других и определился с предпочтениями. Здесь, в Азимире, в одной чайной особенно можно было рассчитывать на сохранение тайны. Ее работники получили указания высматривать Баксиля.

Когда он вошел, вышибала тотчас же вскочил:

— Багряный господин! Мы получили вашу записку.

— Разумеется, – ответил Баксиль, – иначе мы бы не смогли вести разговор. Он здесь?

— Здесь, господин, – подтвердил вышибала, провожая его вглубь заведения. – И… он чудной.

— Ты и половины о нем не знаешь, Улак, – заметил Баксиль, отсыпая вышибале пару сфер на чай; едва он выпустил их из рук, как они стали настоящими. – Проследи, чтобы нам не мешали.

Войдя в отдельный кабинет, отгороженный от основного зала шторкой из бусин, Баксиль прошел сквозь незримое облако благовоний и приблизился к шикарному столу, каких было мало во всем городе. За столом восседал Аксис Собиратель. Коротая время, он бил себя по руке маленьким молотком.

— Уж спрены боли-то у тебя наверняка есть, – сказал Баксиль, проскальзывая на диванчик напротив аимианца.

Аксис предпочитал носить минимум одежды – отчасти потому, что вел записи в виде татуировок на собственной коже. Целая книга, которая безопасно хранится там, где он ее точно не потеряет. Как и все представители его вида, он мог по желанию менять цвет любого участка кожи.

— Спрены боли у меня есть, да, разумеется, – откликнулся Аксис. – Их я собрал тысячи лет назад, Багряное Воспоминание. Но видишь ли, мы находимся в квартале строителей, где люди часто пользуются молотками. Есть любопытное упоминание стопятидесятидвухлетней давности о диковинном спрене, привлеченном болью человека, ударившего себя молотком по пальцу, хотя целился он по гвоздю. Если где и искать этого самого спрена, то как раз здесь.