Книга Игра в мафию, страница 49 – Ким Харим

— Кан Юнчжон.

Когда Громогласный обнаружил лицо, участники немного удивились. Что это женщина, было, в общем, понятно. Но что такая молоденькая! Выглядела максимум на двадцать пять – двадцать шесть лет. Аккуратное каре, обычное телосложение, но при этом, хоть и непонятно в чем именно, проявлялась внутренняя проворность и упругость. Макияж практически отсутствовал, и при этом впечатление производили ее огромные глаза.

Следующим снял маску участник с бесполым голосом. Обращали внимание на себя смуглая шершавая на вид кожа, лохматые волосы. Должно быть, ему уже за пятьдесят.

— Со Мёну.

Измененный голос не позволял точно определить пол, но на самом деле у него был самый обычный мужской голос. Даже сняв костюм и маску, Мёну выглядел таким же обессиленным. А из-за покатых плеч казался еще более низкорослым, чем был.

Последним стал маска Тихоня. Как все и ожидали, это была женщина, маленького роста и худенькая. Рост едва ли за метр пятьдесят. Из-за специальной обуви и накладок на плечи никто не мог представить, что она такая миниатюрная. Шикарные волосы до плеч отливали глубоким каштановым оттенком.

— Хан Сиён.

На этом закончилось «раскрытие данных» участников. Лишь сам этот процесс оказался выматывающим для всех.

Кичжун начал говорить.

— Наверное, всем вам уже известно, что вы под разными предлогами были вызваны в качестве свидетелей. Как вы догадываетесь, это было связано с данным происшествием, но мы дезинформировали вас, что это другое происшествие. Но полиция пока не нашла зацепок. У вас всех было алиби. В связи с этим… теперь требуется сообщить свое алиби на четверг 11 августа и среду 17 августа. Полагаю, беседовать придется долго?

Люди, которые только что имели возможность скрыть свои эмоции за маской, теперь смотрели друг на друга с открытыми лицами. На виду были каждая мысль и каждый оттенок чувства.

— Введу вас в курс дела. Само собой, организаторы тщательно скрывали личную информацию участников. Однако преступник совершил преступление. И в этом заключается причина того, что снять маски и раскрыть свои имена больше не является проблемой. Ведь если злодею так и так все известно, занимаясь скрыванием лиц мы можем упустить важные зацепки. Потому предлагаю сфокусироваться на том, чтобы поймать его. Приход и уход всех были разнесены на полчаса, и мы тоже долго размышляли, как он узнал данные. Самая простая версия – злодей покинул место эксперимента раньше, а затем, выждав в укрытии, проследил за участниками.

— Тогда можно предположить по порядку ухода! – вставил Юнги.

Чунсон тут же подхватил:

— Нет же. Ведь сказали, что жертв было две. А за двоими следить невозможно. Если только он не раздвоился…

— Вообще-то возможно. Можно вернуться и проследить за вторым.

— Времени не хватит. Когда еще закончится первая слежка.

Чунсон тут же схлестнулся с Юнги, не дав тому ни секунды перерыва. Он высказывал свое мнение, как и обычно, но теперь, без маски, делал это явно с большей осторожностью.

— Тогда преступник точно не может быть тем, кто ушел последним или предпоследним, – язвительно сказал Чонсоп.

Возникла опасность возникновения ссоры, и Кичжун это пресек:

— Я не это хотел сказать. Вероятность может быть. Но это лишь самый простой напрашивающийся вывод, и нет оснований думать, что в этом заключается правильный ответ. Мог узнать каким-то путем, который мы даже не представляем. Если ходить и узнавать, где просочилась информация, это потребует массу времени, и преступник будет упущен. Надо сосредоточиться на другой зацепке.