Книга Художник, страница 104 – Джек Тодд

— Доброе утро, мистер детектив, – улыбаюсь я и обхожу стол.

На нижней полке блестят лезвия, цепочки и медицинские пилы, поблескивают полированным древком дорогие кисти, но ни один из этих инструментов меня сегодня не интересует. Вспоминается красочное представление во время моего выпускного несколько лет назад: насколько же завораживающим был огонь, каким великолепным мгновением казался момент взрыва и взлетающие на воздух и за секунды сгорающие лепестки цветов. Мне понравилось.

Пальцами я провожу по обнаженной груди сегодняшнего холста и размышляю, может ли взрыв быть искусством. Может ли огонь стать частью картины – такой же, какой становятся цветы?

— Что?.. Где я?.. – У Адама заплетается язык, он слабо, но испуганно дергается и пытается оглядеться. Мистеру детективу страшно, и я прекрасно его понимаю: в прошлом мне тоже бывало страшно. И я знаю, что этот страх проходит. – Ты?! Как и зачем ты меня сюда притащила?!

— Я прислала вам приглашение. – Я недовольно поджимаю накрашенные губы в ответ на его крики. Мне по душе другие. – Вы на него не ответили, а молчание, как известно, знак согласия.

— Какое еще приглашение? – Он ничего не соображает и дергается активнее, только сил в организме маловато. Может, я частенько ошибаюсь со временем, но с дозировкой – никогда. Мистер детектив еще долго не отойдет от введенных ему препаратов. – Я не собираюсь участвовать в ваших играх! Выпусти меня отсюда, девочка.

Девочка. От этого слова передергивает, оно пробуждает во мне давно забытые отвратительные воспоминания. Я давно уже не просто девочка. Но холст просто не понимает, куда и почему попал. Картина мира в его голове замкнулась на том, что он успел увидеть: на наших с Мастером способах заниматься любовью.

При мысли о том, что между нами может вклиниться кто-то третий, коробит пуще прежнего. Я недовольно качаю головой и отгоняю в сторону глупые мысли. Кусаю губу, потому что вслед за глупыми приходят мысли иного толка.

Рано, пока еще непозволительно рано об этом думать. Кровь приливает к низу живота против воли, и я глубоко вздыхаю.

— Вы думаете о себе слишком хорошо. – Потянувшись и взявшись за нож, я присматриваюсь к грудной клетке. Знаю, что сначала все равно придется резать. – В тех играх, за которыми подсматривали, вы участвовать точно не будете. Но я обещаю подарить вам удивительное представление. Не расстраивайтесь только, если получится не так красочно, как у других. С этой программой я только дебютирую.

Он, конечно же, не слушает. С непониманием и страхом смотрит на зажатый в руке нож и инстинктивно пытается отодвинуться, пусть и не может. У мистера детектива нет ни малейшего представления – мне так нравится этот каламбур, что я весело смеюсь себе под нос, – о том, что я планирую с ним сделать.

— Так, давай-ка без этих глупых шуточек. Убери нож.

С ним так скучно говорить! В отличие от других жертв, этого я выбрала лишь по остаточному принципу. Мне нужно на ком-то тренироваться, нужно проверить свои способности и методы, а мистер детектив буквально сам пришел ко мне в руки. И даже то, что он не понял изящных намеков, меня не расстраивает.

Нужно понять, способна ли я писать настоящие картины. Достойна ли стать тем, что хочет видеть во мне Мастер. Совершенством.