Книга Аховмедская святыня, страница 67 – Дмитрий Билик

Тренькнул колокольчик, пахнуло прохладой, и они вошли внутрь.

— Добрый день, — приветствовал их человек в дорогом костюме-тройке.

Низенький, плотный, точно из теста дрожжевого сбитый, с лысой макушкой и короткими волосами по бокам, широким носом, щеткой усов и большими губами. Позади него еще двое подчиненных. Их тщательнее разглядывать смысла не было, но самое престранное для себя Мих заметил: все люди. А уж он-то ожидал встретить гоблинарцев.

— Здравствуйте, меня зовут Витольд Львович, я исполняющий обязанности пристава следственных дел по особым поручениям сыскного управления при Моршанском обер-полицмейстерстве.

— Если вы не против… — приветливое лицо толстяка омрачилось этой нерадостной новостью.

— Конечно, — Витольд Львович достал гербовую бумагу и отдал на минутное изучение.

— Прижницкий Карл Дмитриевич, управляющий магазина, — поклонился толстяк. — Чем обязан? Неужто кто из моих оболтусов…

— Ну что вы, что вы, — поспешил успокоить его Меркулов, — мы хотим лишь поговорить. Посмотрите, — он вытащил клочок плаща, — может, существует какой-нибудь способ опознать плащ по его остаткам?

— Позвольте, — Карл Дмитриевич протянул ручку. — Мы, конечно, не всесильны, но кое-что рассказать можно. Плащ «Макинтош», с острова, старой модели. Ему не меньше года-двух.

— Жаль, я думал, что, может, его приобрели в этом магазине и вы могли бы мне рассказать кое-что о покупателе.

— Нет, смотрите вот на эти бороздки, здесь и здесь, — он показал что-то Меркулову, — так уже не делают. Старая модель. Нашему магазину всего несколько месяцев, и производство у нас по новой технологии, сами понимаете.

— Тогда надежда только на то, что он придет чинить плащ к вам, — Витольд Львович сделался мрачнее тучи.

— Выполним все в лучшем виде, — заверил его Карл Дмитриевич, — возьмем плащ к себе и сразу вам сообщим. А вы уж, когда злоумышленник забирать придет, тут как тут. Мы честные люди, Ваше благородие, имперцы, за Славию.

— Что ж вы тогда на гоблинарцев работаете?

— А жить как-то надо. Мы же не против своего государства. Напротив, хорошим и качественным товаром своих же соотечественников снабжаем. Конечно, дворян в основном и богатых особ. Они нашу продукцию для охоты и прочего развлечения берут.

— Почему у вас тут одни люди работают, ни одного гоблинца? — встрял Мих.

— Менталитет, — поднял палец вверх управляющий. — У нашего брата товар берут с большей охотой, нежели чем у гоблинарцев. Хотя есть у нас… — глаза Карла Дмитриевича вдруг приобрели испуганно-удивленное выражение. Он хлопнул себя по лбу и тихо забормотал: — Да что же это я, голова дырявая. Чуть не отпустил вас, а самое важное не сообщил.

Он повернулся к одному из помощников:

— Игорь, за Яриком сбегай. Пусть сюда сию же минуту поднимается!

И тут же принялся объяснять Витольду Львовичу:

— Исключительной полезности человек, — при последнем слове он смутился, но ненадолго, — почти человек.

— Почти? — изогнул бровь Витольд Львович.

— Полукровка он, из гоблинарцев. По отцу, знамо дело. Прельстил коварный черт служанку одну тут, и ищи ветра в поле. Она родила, Ярославом нарекла. Потом у нас с женой прислуживать стала. Баба хорошая, хоть и глупая — какая еще на ласки гоблинарца согласится? Ну, теперь делать нечего, ребенок какой есть, а ее. Да и парень неплохой, рукастый, все может, умеет. Может, и вправду у них это как передается по крови. Взял его к себе. Чинит, латает, вот эту вот оказию, — показал он на клочок плаща, — вмиг бы починил, даже не заметит сторонний человек потом, что порвано было. Ко всему прочему, глазастый…