Книга Имперский сыщик. Дело о тайном культе, страница 89 – Дмитрий Билик

— Нашли, где живет Черный. Обшарили все окрестные дома, в которых сдаются комнаты. В одном и опознали твоего приятеля, — при этих словах обер-полицмейстер крякнул, довольный шуткой. — Я все боялся, что, может, он в другой одежде ходит, ан нет. Ровно в такой же: черный плащ, маска. Расплатился аховмедским золотом. Так что собирайся.

— Я готов, — мгновенно отозвался Меркулов.

— На месте сейчас восемь филеров. Я отправил две группы на укрепление. Уже должны были добраться. А ты поедешь с Николаем Соломоновичем. Все-таки, Витольд Львович, у тебя прыть особенная. И Мих твой не будет лишним. Так что отправляйся, велел Истомину тебя подождать.

— Хорошо, ваше превосходительство, единственная только просьба: позвольте на список украденного взглянуть, одним глазком. Пока все документы его высочество не забрал.

— Да смотри сколько будет угодно.

Александр Александрович достал из стола папку, раскрыл ее, покопался в бумагах и вытащил два листка.

— Это что украли и что нашли, — пояснил он.

Меркулов внимательно изучил сначала первый листок, потом второй. Прошелся по строкам, потом еще побегал глазами, сравнивая описанные вещи, и вернул документы обер-полицмейстеру.

— Ну что, обнаружил что-нибудь? — полюбопытствовал Александр Александрович.

— Еще бы знать, что искать, — задумчиво ответил Меркулов. — Ну, так мы пойдем, ваше превосходительство… господа.

Витольд Ливович дождался ответных кивков и тогда уже вылетел из кабинета. Прости господи, как пуля из самого настоящего револьвера. Мих сделал поклон — как надо, чуть ли не до пола — и бросился за хозяином. Так прытко, что чуть не свернулся с лестницы. В самый последний момент удалось ухватиться за перилу. Догнал он Меркулова только внизу, когда тот уже выходил из ведомства.

Их и правда ждал Николай Соломонович, сидя в четырехместном крытом экипаже. Лицо его выражало нетерпение самой высокой степени, а быстрые пальцы нервно теребили лихо закрученный ус.

— Скорее, Витольд Львович, скорее, — торопил полицмейстер.

Мих пропустил господина вперед и едва только оторвал ногу от мостовой, экипаж тронулся. По всей видимости, нетерпение его высокородия передалось и вознице.

Думал орчук, Николай Соломонович станет молчать да отводить в сторону взор. Мих про него слыхал, что это герой войны, которого многие знают в городе, да еще не обделен статью. Такие обычно горделивы. А тут получилось, что навязали ему молодого чиновника, который не имел опыта в подобных делах. Да бог бы с ним, но еще всучили и кочевника, с которыми воевал его высокородие.

К тому же привык Мих, что большие и сильные люди молчаливы и грубы. Однако удивил его Николай Степанович. Не стал носа воротить от неподходящей компании. Напротив, любезно улыбнулся Витольду Львовичу и признался:

— Каждый раз мандражирую, как институтка на выпуске, когда еду на дело. Уж сколько прошел боев, уличных перестрелок и потасовок уже здесь, в Моршане, а так и не смог избавиться от этой привычки. Ведь засмеют, если узнают. Истомин робеет перед дракой.

— Опасаться за свою жизнь я не считаю чем-то зазорным. Напротив, наверное, этим мы и отличаемся от животных, — улыбнулся в ответ Меркулов.

— Не боятся только дураки, ваше высокородие, — заключил и Мих, вдруг решивший, что и он может поделиться соображением среди высоких господ.