Книга Имперский сыщик. Дело о тайном культе, страница 136 – Дмитрий Билик

— Каким образом? Ведь Александр Александрович почти не выбирается из полицмейстерства.

— В этом и вся штука. Помните ту самую подзорную трубу, которую нашли у Черного? По моему разумению, через нее он наблюдал за обер-полицмейстерством, точнее, за окном его превосходительства. Могу только догадываться о некоем предмете на подоконнике и его дальнейшем отсутствии или об отворенности самого окна. Черный увидел предупреждение, но слишком поздно. Александр Александрович пытался задержать штурм, специальным образом вызвав меня с Михом и навязав Николаю Соломоновичу.

— Все-таки, Витольд Львович, это слишком притянуто за уши, — вмешался Петр Андреевич. — Благодаря дуэли все знают, что вы достаточно опасный противник, а про орчука и говорить не приходится, мало кто может сравниться с ним в силе. Летучий отряд Николая Соломоновича лишь выиграл от вашего присутствия.

— Да, но вы не учитываете того, что Черного вовсе не должно было там быть. Пройди все удачно, мы бы попросту не обнаружили механоида. Он бы сжег все записи, уничтожил необходимые свидетельства и сбежал.

— Господа, я устал слушать эту чушь!

Его превосходительство решительно шагнул к двери. Тень грозы мелькнула в его глазах, когда он посмотрел на замершего Миха. Но тут произошло удивительное. Николай Соломонович, приходившийся почти на голову выше Александра Александровича и стоявший за его спиной, попросту уронил свои кувалдоподобные руки на плечи начальнику. Колени обер-полицмейстера дрогнули, он боязливо обернулся и даже уже было открыл рот, на что получил от «гусара» укоризненное мотание головой.

— Благодарю, Николай Соломонович, — сказал Витольд Львович.

— Все-таки что-то не сходится. — Петр Андреевич снял очки и потер переносицу. — Всем известно, что великий князь вряд ли бы оставил в покое его превосходительство. Он уже несколько раз выражал недовольство работой следствия.

— Да как вы не понимаете? Александр Александрович и не собирался оставаться в Моршане после передачи святыни. Более того, он хотел уехать в ближайшее время, не дожидаясь разрешения всей ситуации. Его превосходительство явился сюда позже вас, — резко ответил Меркулов.

— Александру Александровичу необходимо было заехать домой, — возразил Константин Никифорович.

— Вряд ли в первую очередь, хотя туда он тоже заглядывал. Думаю, обитель обер-полицмейстера Черный проверил сразу. Но его превосходительство привез сюда кое-что очень важное.

— Святыню? — то ли удивился, то ли спросил Петр Андреевич.

— Именно. Скорее всего, она находится в саквояже или некой дорожной сумке, которую Александр Александрович оставил в экипаже. Боюсь, что после обнаружения у меня гоблинарского золота вы больше не увидели бы вашего начальника. Ведь не случайно Александр Александрович прихватил с собой багаж.

— Вашу гипотезу хорошо бы проверить, — предложил первый полицмейстер.

— Конечно, прошу вас, Константин Никифорович. — Витольд Львович отошел от стоявшего в середине комнаты стола, пропуская его высокородие. — Мих, пропусти. Только у меня к вам большая просьба: поднимите его сюда.

Полицмейстер кивнул и, протиснувшись мимо орчука, поспешил вниз.

— К слову, тот самый прием, где вас, Николай Соломонович, его императорское величество пожаловали Святым Георгием, обер-полицмейстером был пропущен нарочно, а не по причине болезни.