Книга Межевик, страница 70 – Дмитрий Билик

А потом случилось самое невероятное, что могло послужить отправной точкой для начала неприятностей. Колянстоун замолчал. Оказалось, что хуже трескотни головешки может быть лишь его испуганное выражение лица. А ведь Колю никто не затыкал, Витя даже поднял того до уровня своих глаз, всматриваясь в самого легкого рубежника в мире. Еще бы кулаком постучал, как по неисправному приемнику.

— Ты чего? — спросил жиртрест.

Мне его недоумение было понятно. После урагана пустословия внезапный бойкот казался слишком неожиданным подарком. Я уже снял карабин и приложил его к плечу, пока еще не понимая, кого взять на прицел. Но внутреннее чутье било набат. Сейчас что-то будет.

— Ну-ка заткнись! — шикнул Колянстоун. — Все не слава богу, что ни начнем, все через задницу. Сначала с Анькой, теперь с вами, будто проклят.

Что интересно, ругался он скорее на себя, при этом подозрительно тихо, словно боялся, что кто-то может его услышать. Я неторопливо подошел к ним, все еще поглядывая по сторонам.

— Колянчик, чего тут?

— Какой я тебе Колянчик? Я Николасо…

— Я сейчас тебя в какой-нибудь овраг уроню, а воеводе скажу, что потерял, — вкрадчиво пообещал я. Судя по испуганным глазам головешки, угрозе он поверил. Наверное, вид у меня был очень уж встревоженный.

— Я не услышал, почувствовал. По запаху. Понимаешь, Миша, когда человек внезапно слепнет, у него появляются другие способности. Я как тела лишился…

— Я понял, понял. Рядом с помойкой тебя лучше не носить. Так чего ты там унюхал?

— Беду, — кратко резюмировал Колянстоун. — Редкую нечисть. Витя, вон туда меня поднеси. И положи прямо на листву, чтобы щека хотя бы коснулась.

Пока жиртрест выполнял приказ, я спросил то, что волновало меня сильнее всего:

— Разумная нечисть?

— Ну как посмотреть. Вроде да, только свидетелей ее разумности немного. Редко кто выживает.

Витя тем временем на трясущихся от страха ногах положил головешку на землю. Та расширила ноздри, втянула воздух, потом стала раскачиваться, пока наконец не катнулась в сторону. Да, до колобка моего проводнику далеко, он таким макаром долго будет передвигаться.

— Витя, забирай меня. Тикать надо! Плохо дело, Миша, тут баюн!

Я ничего не ответил, потому что уже выцеливал два горящих желтоватым пламенем глаза среди ветвей. Тикать — это, конечно, хорошо бы, но поздно. Почему-то сразу было понятно, что этот хищник явился по нашу душу. Пару секунд ушло для того, чтобы разглядеть очертания нечисти. Походил он на огроменного толстого и пушистого кота, разве что дикого, вроде манула. Вот только с мордой были какие-то проблемы. Та напоминала широченное лицо толстяка, поросшее густым длинным волосом. Причем, вот эта несуразица завораживала. Наверное, я бы смотрел на физиономию нечисти еще несколько минут, вот только противник перешел в наступление.

Бог его знает, что случилось прежде — нечисть напала, а затем я выстрелил или наоборот. В свое оправдание скажу, что мой портативный компьютер в черепной коробке довольно быстро все просчитал и выдал свой вердикт: «Опасен». А к защитникам дикой нечисти или чувствительным лицам я не относился. Если кто-то или что-то собирается тебя убить, надо сделать все, чтобы этого не произошло. Даже если самого противника придется устранить. Это после можно сожалеть или выпить рюмку за упокой души, а в моменте сомневаться нельзя.