Книга Путешественник по Изнанке, страница 72 – Дмитрий Билик

Главное, что я сделал все правильно. Сотворил нужную форму, в концу как следует удлинив закорючку — и выплеснул хист. Мерзкое создание, больше всего ассоциирующееся у меня с жуком, даже не успело понять, что сорвало ее с места и проволокло через ряды собратьев. Мне кажется, я только что принес в Изнанку боулинг. Потому что сородичи этой мерзости разлетались в сторону почище кегель. Жалко, на небе не высветилось количество сбитых существ.

А вот поведение женщины чуток разочаровала. Она даже не собиралась благодарить меня. Я это понял и по ее закрытому рту, да и хистом почувствовал. Поспешно подобрала корзинку и побежала в сторону замка, смешно виляя толстым бедрами. Ну и пожалуйста, ну и не нужно.

Зато на меня обратили внимание стражники. Те бравые мужчины с копьями. Тут вообще оказалось, что у всех жителей Изнанки с глазами какая-то беда. Такое ощущение, что зрачок расширился настолько, что заполнил собой радужку. Смотрелось, если честно, довольно жутковато. Но у каждого, как говорилось в одном фильме, свои недостатки.

Один из них, здоровенный такой бугай с тремя рубцами, что-то торопливо произнес. Забавно, что он оказался единственным черным среди остальных. Причем, не отличался чертами лица, поэтому его с трудом можно было назвать негром. Однако кожа не могла врать. Так, что тут происходит? Это Изнанка или съемочная площадка «Нетфликс?».

Важно то, что я ровным счетом ничего не понял. Вот, Маргарита Владимировна, хрен вам, а не: «Учите английский, скоро весь мир на нем говорить будет». Хотя формально она была права. Про Изнанку же речь не шла. Правда, не факт, что я и на импортном бы тут смог хоть как-то изъясниться. Но на пару фраз, типа «френд» или «пис», меня бы хватило.

— Я не того, не андерстенд. Не понимаю ни фига по-вашему. Руссо туристо, — сказал я, постучав себя по груди. И зачем-то добавил, совершенно не понимая, для чего именно. — Облико морале.

Все-таки есть определенные конструкты, которые сильнее нашего сознания. Они отпечатаны на подкорке и вылезают в самый неподходящий момент. Благо, изнаночник один черт ни фига не понял. Разве что вытянул руку, выпучил глаза и начал повторять одно и то же слово.

— Шкрег! Шкрег!

А я что? Я человек простой. Если куда-то показывают и орут, роняя слюну, я в эту сторону поворачиваюсь. Рефлексы, чтоб их. Оказалось, что черный рубежник хотел предостеречь меня от атаки одного из сородичей повергнутого создания. Как выяснилось, обратили на меня внимание не только стражники, но и орда этой мелочи. Включая своего предводителя — огромную летучую мышь, которая, впрочем до сих пор передвигалась исключительно пешком. Ну, мне же лучше.

Предостережение изнаночника пришлось как нельзя кстати. Потому что я успел вытащить верный нож и всадить клинок чуть повыше нацеленных на меня жвал. Шкрег, как называл его черный воин, издал какой-то противный звук и рухнул вниз. А на ноже появилась яркая, будто бутафорская кровь желтого цвета. Даже не кровь, противная жижа. Фу, надеюсь, она нормально отмывается. А то я уже футболку изгваздал.

Только теперь до меня дошло — это не нечисть. То есть, передо мной обычные животные здешнего мира, вроде наших волков или сусликов. Разве что менее приятные. Да, не повезло Изнанке с фауной.