Книга Порабощенный лис, страница 164 – Forthright

— Это не имеет значения, – пробормотала Цумико.

По крайней мере, для нее это не имело значения.

Арджент потянул ее немного дальше по коридору.

— Я не могу предложить роскошное логово, но моего сада должно хватить. Во всем Особняке это единственное место, которое по-настоящему принадлежит мне.

— Твоя оранжерея? – спросила она.

Он коснулся гладкого участка стены, и появилась пара прозрачных дверей, сверху донизу застекленных хрусталем. Солнечный свет проникал сквозь фаски, разбрызгивая по половицам крошечные радуги. Цумико была поражена; она каждый день проходила мимо входа в оранжерею, совершенно не замечая его. Кончики пальцев Арджента легли на одну из двух одинаковых латунных дверных ручек, выполненных в форме прыгающих лисиц.

Он всмотрелся в ее лицо:

— Я намерен исполнить свой обет здесь.

Ой. Цумико не особо задумывалась о деталях их предстоящего… союза. Но на каком-то уровне имела определенные ожидания. Например, должны быть стены. И кровать.

Она попыталась улыбнуться:

— Сад – хорошее место для начала.

Арджент застыл:

— Ты волнуешься?

Как будто он сам не знал.

— Немного.

— Разве ты недавно не доверилась мне?

Цумико прекрасно помнила клятву – она подарила мужу свое сердце, душу и верность на всю жизнь.

— Да.

— Тогда тебе нечего бояться. – Арджент коснулся щеки Цумико и поддразнил ее: – Я не стану набрасываться на тебя при первой же возможности.

Ох уж эти лисы и их словесные кружева.

Она чуть успокоилась:

— Но ты все равно собираешься наброситься.

— Не раньше подходящего момента.

— И когда это будет?

— Кто знает? – Выражение лица Арджента смягчилось. – У нас есть все время мира.

Цумико позволила ему ввести ее в свое убежище. Первое слово, пришедшее на ум, было «сияние», как из-за обилия бледного зимнего света, так и из-за слабого мерцания тысяч символов, развешанных по всему саду, точно изящный часовой механизм. Необычная арка из металла и стекла напомнила Цумико парижские галереи прошлых веков. Она невольно задумалась, кто из владельцев Арджента потратил целое состояние на эту пристройку, которую потом украли у них из-под носа.

— Давай я поставлю их в воду. – Арджент взял букет из рук Цумико и подошел к полкам, на которых стояли вазы всех мыслимых форм и цветов. – Прошу, не стесняйся, оглядись.

Она замялась, чувствуя себя нарушительницей границ:

— Разве ты не хочешь сам показать мне все?

— Настоящая экскурсия подождет. – Арджент потянулся за бледно-зеленой стеклянной вазой. – Открывать для себе новое – первое из удовольствий жизни.

Цумико выбрала галечную дорожку, ведущую к дальней стене, и обнаружила миниатюрный луг с тонкой, как иголки, и пушистой на ощупь травой. Дальше на многоярусных полках стояла коллекция тщательно обрезанных деревьев бонсай. Еще одна дорожка тянулась под рядом увитых розами арок. Как они, наверное, красивы в цвету. А это что, виноградные лозы?

Цумико нашла еще много чудес – цитрусовые деревья, травы в горшках и несколько кустарников с табличками, на которых было указано, что они являются ингредиентами для чая и мазей Сансы. В центре сада над головой возвышались папоротники, и, протянув руку, чтобы коснуться одной из скрученных головок, Цумико заметила плавающий в воздухе кусок розового кристалла. Присмотревшись, она поняла, что кусок камня подвешен на почти невидимой нити. И их оказалось очень много. Бусины и кусочки хрусталя – синего, желтого, лавандового, серого.