Книга Одаренный, страница 72 – Forthright

Эдж фыркнула, и Флэй потянулся через спину подруги и ткнулся носом в волосы Элоквента. Тот усмехнулся:

— Я принадлежу им больше, чем они мне.

— И они знают про помолвку? – догадалась Кимико по его беспокойству.

Она подалась вперед, и тут же ей на спину легла его рука.

— Райз был там, и ему понравилось. – Сейчас, прижавшись к ней, Элоквент, казалось, расслабился. – Слухи распространяются быстро, когда в дело вовлечены Собратья.

— Понятно. – На этот раз Кимико показалось, что она и правда понимает. – Нам надо обсудить, что будет дальше?

— Да. Потому что мой отец беседовал со мной по этому поводу. – Элоквент говорил мягко, спокойно, но как-то осторожно. – Папа не возражает против твоего выбора, но он поставил мне условия. Погоня твоя. Ты должна ухаживать за мной, а не наоборот.

— Я – ухажер.

Квен помычал утвердительно:

— Я не могу инициировать контакт.

— Вот как сейчас? – Кимико рассмеялась.

Элоквент округлил глаза:

— Это не ухаживание!

— Я знаю. – Она повернулась к нему, положила руку ему на грудь. – Но я не занималась исследованием сватовства и ухаживания, а в книгах редко бывают подробности. Если мне предстоит взять на себя инициативу, тебе все равно придется вести меня.

— Спрашивай что угодно. – Квен слабо улыбнулся. – Я не непостижимая загадка, не то что вы, женщины.

Он шутит?

— Даже амаранту трудно понимать девушек?

— Люди твоего пола не поддаются объяснению. Если тебе неудобно меня о чем-то спрашивать, выбери других доверенных лиц. Кого-то из учителей, или, хочешь, я с радостью познакомлю тебя со своей мачехой. Хотя она, скорее всего, будет рассказывать всякие постыдные истории из моего детства.

— Она ведь человек?

— Да, и уже много лет входит в клан Стармарк. Ее подсказки наверняка тебе помогут, хотя в ее случае сватался мой отец.

— Их помолвка не была случайностью.

— Кто же не видел по телевидению передачу, в которой подробно описаны две великие любви Хармониуса Стармарка. – Он криво усмехнулся.

— Ну да, – признала Кимико. – Но обычно между реальностью и версией для публики существует большая разница.

— Да, в их истории есть нечто большее, чем помнят жители этого города. Но это их история, не моя. – Квен говорил, очень аккуратно подбирая слова. – Я рад твоему интересу ко мне. Если у тебя есть вопросы, задавай. Если ты чего-то хочешь, бери это. Мой ответ всегда будет «да», как если бы я помогал пользующемуся доверием наблюдателю.

Но его тон и поза не соответствовали словам. Квен подразумевал больше, чем говорил. И Кимико показалось, что она поняла.

— Ты просишь, чтобы я тебя о чем-нибудь просила?

— Пожалуйста.

— Что тебе нужно? – Кимико дала понять, что слушает его и готова помочь. – Чего ты хочешь?

Элоквент локтем толкнул Эдж.

Судя по всему, намеки Собратьев ему не понравились. Кимико даже пожалела, что не может слышать Эдж и Флэя. Тогда ей не пришлось бы гадать. А так – оставалось ждать, пока Элоквент подберет слова… или наберется смелости их произнести.

Он наклонился, снова прижался лбом к ее лбу. Крепко зажмурив глаза, он пробормотал:

— Я хочу ощутить вкус.

Что ж, она прижалась своими губами к его губам. Инициация пройдена.

Этого, казалось, было достаточно, чтобы обозначить начало ухаживания, потому что Элоквент перехватил ответственность, взяв в ладони щеки Кимико и скользнув кончиком языка в ее приоткрытые губы. Нежно поцеловав ее нижнюю губу, он осторожно и нежно прикусил ее и лизнул. Кимико вздохнула, хватая ртом воздух, и Квен отодвинулся.