Книга Окрыленный, страница 172 – Forthright

Эш усмехнулся.

Затем свет потускнел, и зажглось освещение сцены. Вышел Сирил и встал в центре изящного узора, изображенного на досках пола. При правильном освещении узор сиял, как полная луна. Это был его подарок стае Найтспэнглов, запланированный при основании театра. Городской Песенный круг.

Сирил редко выступал без других основателей. Однако в этот раз он настоял на том, чтобы выйти к людям в одиночку. Отчасти по соображениям защиты анклава, внутренняя жизнь которого должна была остаться тайной. Но в основном потому, что, когда он раскроет себя, Эшу будет легче последовать его примеру. Ведь у него есть отец, клан и их защита.

Заметив возле занавеса движение, Эш рассмотрел три фигуры, которые, не привлекая к себе внимания, заняли поставленные сбоку стулья. Это были директора старшей школы в Уэст-Бранче, средней школы в Арчере и начальной школы Лэндмарк – соратники Сирила по работе в рамках Инициативы Твайншафта.

Их присутствие было не более чем отвлекающим маневром. И ненавязчиво решало бюрократическую проблему.

Согласно недавно принятому закону, амаранты не могли передвигаться без эскорта. А значит, как только Сирил раскроет правду о своей видовой принадлежности, окажется, что он нарушает правило об обязательном сопровождении наблюдателя. Поэтому состоялся обмен тщательно составленными документами: Сирил подтвердил, что Тамико обладает выдающейся душой, какая бывает только у наблюдателя, а Тамико подписала необходимые бумаги и стала его сопровождающей.

Если кому-то хватит глупости попытаться арестовать Сирила, на то не будет никаких оснований.

В центре сцены Сирил прикоснулся кончиками пальцев к сердцу и улыбнулся. Затем заговорил доверительным тоном:

— Ходят разные слухи о том, почему я собрал вас здесь этим утром. Насколько я понял, букмекеры даже принимают ставки – и, как всегда, все ставят на Хисоку Твайншафта.

Слушатели вежливо засмеялись.

— Я прекрасно понимаю, что нашим студентам не терпится разобраться с последним мероприятием семестра, поэтому буду краток. Позвольте для начала развеять наиболее возмутительные слухи.

Спокойствие Сирила было заразительным, а манеры – безупречными. Он мог бы преуспеть в Совете амарантов, если бы чуть меньше дорожил преподаванием.

— Я не ухожу со своего поста. Я не нахожусь под арестом, и мои действия не подвергались сомнению. Я не баллотируюсь на выборную должность. Я не собираюсь выпустить книгу. Однако я собрал вас и представителей прессы не для того, чтобы сказать, что мне нечего вам сказать.

Зал снова засмеялся.

— Я всегда считал себя ученым. Глубокая и прочная любовь к знанию обогащает жизнь. Честно говоря, в этом кампусе я всегда чувствовал себя как дома.

Это он умел. Сказать правду, не говоря лишнего.

— Если вы по дороге сюда заглянули в биографическую справку обо мне, то, вероятно, уже знаете, что я занимаю пост президента колледжа Беллуэзер на протяжении последних двадцати шести лет. Сегодня утром я хочу сообщить вам небольшую странную деталь. Я основал Беллуэзер.

Воцарилась тишина.

Эш тихо застонал. Рук фыркнул.

Сирил поднял палец:

— Постарайтесь собраться с мыслями, пока я поприветствую наших иностранных гостей. Они вряд ли нуждаются в представлении.

Хисока Твайншафт и Арджент Меттлбрайт неторопливо вышли на сцену и встали по бокам от Сирила, молчаливо выражая свою поддержку.