Книга Окрыленный, страница 135 – Forthright

Мелиссе пришлось признать, что она права. Эш и Тами познакомились на государственной службе, и никто не стал бы возражать против отношений между директором и уборщиком. Они могли ходить на свидания. Могли планировать грандиозную свадьбу. Вероятно, могли даже устроить празднество для всех жителей города в спортзале школы Лэндмарк. И никто никогда не узнал бы всю правду.

Прочая информация по-прежнему тщательно охранялась.

Например, тетя Хиро еще не знала, что ее будущий зять – метис. Ни ей, ни дяде Абелю не сказали, что их дочь проживет столько же лет, сколько ее дерево.

Но самой большой тайной по-прежнему оставалась Цыпленок. Кип и Джо развлекали девочку – и прятали ее высоко в ветвях. Никто из амарантов, входивших в круг и выходивших из него, не осознавал, что за дерево растет в центре.

Барьеры внутри барьеров.

Секреты внутри секретов.

Теперь Мелисса понимала, что не каждый наблюдатель знал об амарантах все, что можно было знать. И что анклавы не делились с посторонними кланами всем, что было им известно. Вероятно, на каждого жителя анклава приходилось по личному секрету. Что-то такое, чем можно поделиться только с близкими людьми.

Например, тем, что соратница Дун-вена – Собрат. Или тем, как Джимини появился в Беллуэзере благодаря тайной сделке. Или удивительной правдой об амарантийских преданиях – по крайней мере, о некоторых из них.

— Поздравляю, – пробормотал Ремилл. – Если вам нужен друг, который освободит ваши руки, чтобы вы могли петь, я буду горд, если вы окажете мне честь.

Эш покачал головой:

— Я неважный певец.

— Радость может выражаться по-разному. – Вестник полез в сумку и достал коробочку. – Для тебя, сын Санфлетчей.

Эш был сбит с толку.

— Я думал, ты здесь из-за Мелиссы.

— Так уж получилось, что мои обязанности привели меня к вам обоим, сперва к одному, затем к другой.

Ремилл подошел к Эшу так близко, что их щеки соприкоснулись, и что-то прошептал ему на ухо.

Эш кивнул.

Ремилл вручил ему коробочку.

Эш с величайшей осторожностью коснулся защелки и поднял крышку.

Он посмотрел на Тами глазами, блестевшими от непролитых слез, и Мелисса почувствовала себя незваной гостьей. Она отступила на несколько шагов, отводя глаза. Но полностью избежать этой сцены ей не удалось.

— Так правильно? – спросила Тами.

Эш прокашлялся и что-то пробормотал.

Тетя Хиро тихонько рассмеялась.

Мелисса не удержалась и взглянула на них. Эш притянул Тами к себе и стоял обнимая ее. Как будто они всегда были вместе. Всегда принадлежали друг другу. Учитывая все, что произошло, было удивительно, как им удавалось представить свою любовь таким простым делом.

— Ах, как мило, – вздохнул Ремилл.

Мелисса вздрогнула – она не заметила, что вестник стоял рядом с ней.

— Любимый носит украшение своей дамы. – Его тон стал заговорщическим. – Тем самым она показывает, что желает ухаживать так же, как ухаживают за ней. Согласно птичьим традициям.

Мелисса увидела, как Тами надевает Эшу на палец кольцо.

— Птичьи традиции предполагают кольца?

— Подойдет любой подарок, если его смысл ясен. – Пара поцеловалась, и Ремилл тихо одобрительно заворковал: – Ее голос чист и звонок.

Видя разговорчивость вестника, Мелисса спросила:

— Что это значит для него?

Ремилл всплеснул руками:

— Когда ухаживает только самец, он надеется вызвать ответное чувство. Когда две души достигают взаимопонимания, они не просто дарят подарки, а обмениваются ими. Разделить можно все, ведь у них одно будущее на двоих.