Книга Руны в глазах, страница 34 – Виктор Стогнев

— Хороший выбор, — с серьёзным лицом одобрил майор Логинов.

* * *

Исчерпав темы, мы замолчали. Я сразу отрубился. Виталик разбудил меня через полтора часа, сказав:

— Подлетаем.

Судя по неприятным ощущениям, самолёт снижался. Вскоре картинка в иллюминаторе понеслась бешеным галопом, ощутимо толкнуло снизу. Самолёт плавно замедлился, вырулил на площадку и замер.

— Приехали, — проговорил Логинов, вставая.

Он прошёл к выходу и открыл дверцу. Вскоре бойцы приставили трап, я и Виталик спустились на землю. Нас уже поджидал чёрный «Москвич», мы уселись и хлопнули дверями. Шофёр послал машину вперёд.

Мелькали в окошках знакомые виды небольшого русского городка N. Штаб армии по понятным причинам переехал ближе к войскам. Однако остановились возле гостиницы. Я вопросительно посмотрел на майора, и он сухо пояснил:

— Генерал-майор Громов всё-таки начальство, к нему нельзя являться с таким видом.

Я понятливо кивнул и вышел из автомобиля. Помыться и побриться мне действительно нужно, и неудобно по мирному русскому городу ходить в танкистском комбинезоне.

Номер Виталик взял у добродушной женщины за стойкой по брони Совета обороны. Она только внимательно посмотрела в его удостоверение и, не задавая лишних вопросов, выдала ключ.

Мы поднялись на второй этаж по широкой лестнице. В номере я разулся и сразу направился в душевую. Горячая вода, помнится, лилась из кранов даже во время боёв за город, так я и спрашивать не стал. Правда, лилась она в другой гостинице, но городок ведь уже освободили.

Под горячими струями я простоял довольно долго. Потом почистил зубы и брился ножом с рунами. Пока занимался своими делами, почувствовал, как в номер кто-то вошёл. Агрессии не ощущалось, я и не отвлекался.

Когда вышел в зал, на диване меня снова дожидалась парадная форма. По вещевому довольствию Совета обороны. Прикольно, что своих частей у Совета быть не может, а довольствие есть. Вот пристегнут к армии Литвинова, и форму придётся в таких случаях покупать самому. Всё имеет обратную сторону.

Размышляя про себя о несовершенстве любого из миров, хоть с магией, хоть без неё, я со вкусом пришил на погоны звёздочки, потом пришил сами погоны, знаки танкиста без полосок…

— Полоски приклей, — проворчал Виталий. — Без них форма не считается парадной.

Я грустно вздохнул, но делать нечего. К генерал-майорам принято приходить в парадной форме. Приклеил алые и оделся. Пока возился, короткие волосы высохли. Виталик деловито спросил:

— Питаться пойдём в ресторан. У тебя деньги есть?

Деньги я оставил в сейфе, на войну брал всего тысячу на всякий случай, и она почти вся закончилась на оккупированной территории. Селяне охотнее всего брали рубли. Я честно признался:

— У меня только марки.

— Блин, нет времени связываться с банком, они долго будут копаться! — сказал с досадой майор. — Сколько хоть марок?

Я достал из внутреннего кармана комбинезона тугой бумажник, открыл.

— Тут всего девять тысяч с копейками, — проговорил я.

— Давай сюда, — брюзгливо молвил Виталик. — Так и быть поменяю тебе на рубли. Официальный курс один к восемнадцати.

— Ну, давай по рыночному, — возразил я, протягивая пачку марок.

— Я ж их сам обратно обменяю в банке по официальному курсу, — проворчал он, пересчитывая купюры. — Ибо валютные операции запрещены!