Книга Руны в глазах, страница 31 – Виктор Стогнев

Скороход уточнил, сколько парней, и заявил, что все сюда не влезут, придётся кормить снаружи. Он вышел, а его начальник персонально для меня уже открывал ножом банку тушёнки.

В дополнение мне предложили галеты, солёное сало, копчёную колбасу, шоколад и свежий чай в оловянной кружке, который сварганил на керосинке радушный хозяин. Он сказал, что его звать Толиком, и составил мне компанию.

Анатолий поведал, что недавно после лёгкого ранения, поймал летом в плечо пулю. Из госпиталя вернулся в родную армию, так сразу дали этот батальон — его бывший комбат поехал в тыл с осколком в груди на операцию.

— Пост сдал, пост принял, — хмыкнул Толя.

Батальон его занимает бывшие немецкие позиции — кругом же надписи по-немецки. Солдатикам приходится ковырять землю, чтобы всё переделать по-русски, И им всё-таки приказано ждать врага с запада, а не с востока.

— Похоже, что после вас пожалует, — грустно молвил Анатолий.

— Не, — помотал я головой, пережёвывая сало. — Ещё должны танки прийти, а за ними уже злой ганец.

— Очень злой, — серьёзно поправил меня старлей. — Мне рассказали, что тут недавно творилось. Да соседи и сейчас с кем-то воюют, улучшают положение, — он грустно вздохнул. — Эх, мало у нас сил! Врезать бы европейцу, чтоб бежал до своего Берлина!

— Врежем, — уверенно сказал я.

И в этот момент в двери постучали. Толик не успел ничего сказать, как вошли генерал-майор Аркадий Борисович Серебряков и майор Логинов. Толик подскочил с рапортом. Я с непроницаемым лицом пил крепкий чай.

— Привет, — сказал Виталик. — Мы за тобой.

— А я подумал, мимо проходили, — проворчал я с кружкой в руках.

— Ну, хватит уже пехоту объедать! — проговорил майор. — Пошли, есть срочный разговор.

Я закинул в пасть надкусанную галету с салом, запил чаем и, вытерев губы рукавом комбеза, солидно поставил на стол кружку и без спешки встал. Аркадий Борисович весело на меня посмотрел и, ничего не сказав, вышел из землянки.

Я вежливо поблагодарил Анатолия и пошёл за строгим Виталиком. В окопе сразу проворчал ему в спину:

— Что случилось срочного?

Виталик, не оборачиваясь, сказал:

— Пойдём в машину, обсудим по пути.

Я встал и очень спокойным тоном проговорил:

— Тебя ещё не посылали бояре?

Он остановился и медленно обернулся, приподняв бровь.

— Я тут батальоном командую, — объяснил я. — Мне ещё ребят обустраивать и встречать.

— Все приказы розданы, батальоном займется твой Павлик Зимин, — официально сказал Логинов и продолжил другим тоном. — Ну, пойдём уже, незаменимый ты наш.

Я поджал губы и с недовольным видом тронулся за майором. Подошли к отечественному крытому внедорожнику зимней маскирующей расцветки, уселись сзади. Аркадий Борисович уже сидел на переднем сиденье.

Шофёр сразу тронулся. Немного проехали в молчании, и заговорил генерал:

— Честно говоря, от тебя, Тёма, ждали многое. Но такое себе даже не представляли.

— Логинов же всё сначала объяснял, — сказал я с полувопросительными интонациями.

— Объяснял, — кивнул Аркадий Борисович, — Только майор Совета обороны это одно, а сотни подбитых «панцирей» совершенно другое.

— В другой раз будете больше верить Виталику, — заметил я.

— Вот о том и речь, — ответил заместитель командующего фронтом. — У подкомитетов Совета обороны ведь нет своих частей, и даже отдельные части должны к кому-то относиться. Давай вы будете подчиняться нашему фронту?