Книга Руны на клинках, страница 171 – Виктор Стогнев

* * *

Вова собрал группу и ушёл в подземелье, а я с другими офицерами отправился к французским танкам. Захотелось проверить, как я действую на обычного человека, если его не видно.

Оказалось, что мне достаточно не-мага почувствовать. На близкой дистанции экипажи танков убежали в ужасе. За ними, подвывая от страха, бежали все, кто сидел за баррикадами. Или это опять рысье подавление? Скорей всего, но точно не оно одно — без магии такого ужаса не нагнать.

Окрестные дома захватывали формально, французы их не охраняли. Просто стучали парни в каждую дверь и, если там кто-то ещё остался, честно предупреждали, чтоб побыстрей уходили.

Одна пожилая женщина сказала, что ей некуда идти, так ребята высадили двери и привели бабушку на кухню. Там у неё есть шансы прожить больше трёх дней.

Бойцы под руководством командиров подручными средствами принялись ломать асфальт, рыть окопы и готовить участки к минированию. Мин пока у нас не было, за ними побежали отдельно.

Работали среди дня открыто, поскольку ребята были, или в штатском, или носили французскую форму. А что по-французски ни в зуб ногой, так на всех есть Серёжа, и вообще супостату пока явно не до нас.

А я призвал ребят скинуться трофейным золотом и валютой. Все средства пойдут на покупку продуктов на базаре. Распоряжаться продуктами будет командование, уже приходят к нам отряды за ящиками и коробками, оставляя как бы взамен боеприпасы. Потому я и не призывал бойцов отдавать всё…

Правда, тут призывай, не призывай — наш человек не знает полумер. Поворчали, что спекулянтов давно надо к стенке, и сдали всё. Большую часть запихал пока в несгораемую кассу.

Ну, сколько за ходку упрёт крепкий парень? Примерно двадцать килограмм. Если взять только сало или свиные колбасы, двадцать один парень унесёт всего на четыреста двадцать тысяч франков. Итого, устанем бегать. Но больше народу не оторвать от других работ, да и на рынке они станут бросаться в глаза.

Тоже одетые в штатское с пустыми пока хозяйственными сумками мы выдвинулись к рынку. Один я нёс в сумке пачки франков. Быстро нашёл знакомого деда, поздоровался и сказал:

— Давай всё.

— А денег-то хватит? — юмористически спросил мужчина.

Я молча показал содержание своей сумки. Тот сразу стал серьёзным и первым делом повёл к Матрёне. У неё товару взяли всего на шестнадцать килограмм. Матрёна срочно куда-то с рынка побежала, а дед привёл к баб Любе…

Как я и думал, старичок являлся кем-то вроде посредника. У него самого ничего не было, кроме большого знания людей и богатого жизненного опыта. Он на свой страх выбирал покупателя и полностью отвечал за сделку.

Он знал всех и все его знали. Вел дед дела не со всеми продавцами, однако на него обратили внимание и другие рыночные деятели. Попытка ограбить не в счёт, она у мага и тотемного воина вызвала лишь скуку. Мужички жидко обделались с перепугу, но кому они интересны.

Другое дело, что к нам, вроде, пообщаться с дедом, подходили его конкуренты. Они усмехались, говорили, что таких цен давно нет, ещё вчера всё подорожало. Я уверенно слал их продавать по своим ценам далее. Авось и найдут покупателя, если раньше всё даром не отберут.

По рынку поползли панические слухи о скорой облаве. Матрёна сказала, что ей ещё три раза надо сбегать с больными ногами, вот если б добры молодцы помогли — скидка десять процентов. Я, конечно, отправил с ней двух парней.