Онлайн книга «95-й. Сны о будущем прошлом»
|
Судя по всему, хозяйки к моменту нашего появления впали в некоторое отчаяние, потому что ценники были заклеены полосками, нарезанными из тетрадных листов в клеточку, поверх которых значились цены: две тысячи за метр ивановской бязи и две триста за метр турецкой. Обалдеть! В голове моей закрутились счётные колёсики. Кстати, если приглядеться, сквозь бумажки можно было рассмотреть более ранние цены: 3200 и 3800 соответственно, а если совсем постараться — зачёркнутые ещё более ранние: 4500 и 6200. Это мы удачно зашли!!! Женщины смотрели на нас с надеждой. — Мы у вас обязательно что-нибудь купим, — пообещала я, — Но нам надо посоветоваться. Мам, пойдём выйдем. Мы вышли на воздух, и я поделилась с матушкой и Василичем своими наблюдениями. — Вы понимаете, как мы здорово попали? В хорошем смысле слова. — Так, может, они поплывут все? — засомневалась мама (в смысле — краски по ткани поплывут), — Почему их не берут-то? — Не берут, потому что торговля поставлена топорно. А ткани очень хорошие, мои знакомые здесь брали, специально сразу несколько раз куски постирали: цвет яркий, узор не перекашивает, — тут я «знакомыми» без зазрения совести объявила собственно себя, лично у меня по десять-пятнадцать лет интенсивной эксплуатации комплекты пережили, — А турецкая ещё и с добавкой лавсана, блестит и почти не мнётся. — Так надо взять побольше! — обрадовался Василич. — А я что говорю. — А куда мы столько ткани денем? — испугалась мама, — Там в каждом рулоне по сорок с лишним метров? — Ну и ничего. Всем нашьём, — кажется, настало время продвинуть следующий кусочек бизнес-плана, — В том варианте, который тебе понравился, можно попробовать и продать. Я позавчера в универе видела, тётки приходили, никакое не особенное бельё, просто пошитое, как мешки. В один цвет за пятьдесят тысяч продавали одиночные комплекты. С набивным рисунком — сразу за семьдесят тот же самый набор. По садам пройтись, предложить чуть подешевле, думаешь не будут брать? Они переглянулись. Мешочники, лоточники и самые разнокалиберные торговцы вразнос были нашей обыденностью и регулярно обходили самые разные учреждения. Правда, чтобы что-то выгодно у них купить, нужно было знать хотя бы примерные цены на рынках, иначе можно было прилично сесть в лужу. — Да за такую цену, даже если не продадим, можно будет как подарки их использовать, — дожала я, — Идёшь на день рождения, красивый комплект в подарок. А что, по временам девяностых — весьма неплохо, солидно даже. Василич расстегнул барсетку, что-то прикинул: — Берём. В пределах двух миллионов. Идите, выбирайте расцветки! Хорошо быть буржуином! Мы вернулись в зал к продавщицам-хозяйкам, которые, я так поняла, уже и не надеялись нас увидеть. Мама ткнула в четыре разных расцветки (а собиралась от силы два купить; аппетит-то приходит во время еды, ха!), остальные выбирала я. Доктор, дайте мне таблеток от жадности, да ПОБОЛЬШЕ!!! Набрали восемнадцать рулонов, в два миллиона еле уложились. Василич пошёл паковать ткань в прицеп, мама — присматривать за ходом операции, а я чуть-чуть задержалась в зале. Я же планировала стать здесь постоянным и любимым клиентом, поэтому кровно была заинтересована в том, чтобы эти дамы не загнулись. — Девушки, дорогие, — хозяйки уставились на меня настороженно, а меня слегка понесло, — Не побрезгуйте принять совет от дизайнера. |