Онлайн книга «Дороги, которые...»
|
Абрам, стеснённый всеобщим вниманием, последовал совету, и очередь двинулась дальше. Костя решил помочь с составлением меню и описывал предложенные продукты с профессиональным мастерством. Овощи, фрукты, ягоды и разные сорта сыра он расхваливал так вкусно, что всё хотелось попробовать. Абрам едва сдержался, чтобы не нагрузить поднос с верхом. Под конец Костя сосватал ему ещё и пару пирожков — с картошкой и сладкий (а вдруг на ночь глядя аппетит взыграет, можно с собой припасти). Абрам заметил, что не только он, но и несколько человек за ним изрядно наполнили свои подносы и теперь смотрели на них в некоторой растерянности. Такой талант вызывал невольное восхищение, и Абрам решил похвалить своего нового приятеля. — Так это у меня от бати! — засмеялся Костя. — Он у меня корчмарь на Северном тракте. Трактир «Железные сапоги». Может слышал? — Абрам с сожалением помотал головой. — Дар у него — вкусно готовить и вкусно рассказывать. А я с малолетства ему помогал, должно быть, нахватался. Они сели на ближайшие свободные места. — А почему — железные сапоги? — Да понимаешь, как в сказке, — Костя усмехнулся, — пока счастье своё найдёшь — три пары железных сапог стопчешь. Батя с мамкой в первый год в портал зашли, только не в ближний и даже не в тот, что в Серых землях. А ещё дальше, на северо-запад. Здесь, правда уже четвёртый год шёл. История длинная. Восемь семей было. Приходилось им и бегать, и отбиваться от индейцев, и с работорговцами воевать. Потом шли через ведьмачьи земли — как раз первые монстры полезли — еле ноги унесли. Почти все вещи пропали. Потом зима, северней Бурной попали в буран. Хорошо, после всего палатка у них сохранилась. Знаешь — туристическая такая, на шестнадцать человек. Вот в неё они и набились, все сорок. Сугробы в те бури намело под два метра — ну и застряли они. В летнем все! Еле как зимушку срубили. Припасы покончались — чуть с голоду не померли. В конце зимы их баронские рейнджеры нашли, все уже одной ногой в могиле были. Батя один ещё ползал на карачках, печку топил, отвар делал из берёзовых почек да из сосны, поил лежачих… В столовой было тихо. Видимо, талант рассказчика действительно коснулся сына корчмаря. — Вот потому, брат, и называется наша таверна «Железные сапоги». В этих землях нашли мы своё счастье, понимаешь? — Костя резко встал и поднял кружку: — За барона! Народ вокруг дружно подхватился с мест, поднимая кружки, глаза у людей блестели. — За барона! — дружный рёв вспугнул сидящих на подоконниках в ожидании крошек птиц. Они резко взвились, хлопая крыльями, и уселись под крышей соседнего дома, перетаптываясь и возмущённо ворча. Люди радостно чокались железными кружками с крепким ягодным чаем. И Абрам чокался тоже. И тоже говорил: «За барона!» Это было ново и странно. Он неожиданно понял, что эти люди — ВСЕ эти люди — любят своего господина, который сегодня днём показался ему таким жестоким и пугающим. Второй новой мыслью была та, что, пожалуй, многие из них могли бы рассказать свои истории, может быть, такие же жуткие, как история Костиной семьи. Или даже страшнее. Абрам отпил из кружки и сел. Да. За барона. 09. ПЕРСПЕКТИВЫ СНОВА ВИЛАНД Андрюша Вилкин Андрей собрал остатки мусора руками, потому как в совок он наотрез отказывался заметаться, выкинул всё это в мусорку и только тогда заметил, что один из созерцателей его позора стоит рядом. Первым побуждением Андрея было сказать этому пацану что-нибудь такое — резкое, но… друзья-то его ведь вернутся. И как они среагируют на подобное? То, что здесь — не интернет, и за свои слова надо отвечать, ему объяснили в первые же дни пребывания на Новой Земле… |