Книга СССР: вернуться в детство 5, страница 115 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Знаешь ли, я маловатые вещи не поволоку. Нафига их таскать? Куртку вот возьму с Канады. Ботинки, блин, жалко. Рашиду подарю, они почти не ношенные.

С этим Вовкиным стремительным ростом вся обувь тоже сделалась ему мала, и ехал он чуть ли не в резиновых сапогах — какие подошли.

В этих говнодавах Вовка выглядел истовым колхозником.

— С другой стороны, жечь не жалко, — мрачно заметила я. Настроение у меня стремительно опускалось на дно.

— Рюкзак у меня почти пустой получается. Может, книжки возьмём? Журналы, твои первые издания?

— Не хочу я ничего брать, — угрюмо сказала я. Я вообще много эпитетов знаю на эту тему, и все они подходят. Хмуро, гнетуще, депрессивно и так далее.

— Олька, не начинай, и так тошно.

— А раз тошно, то и не поедем никуда! — я подскочила и сердито рубанула рукой воздух.

Муж с тащмайором синхронно произнесли несколько непечатных слов.

— Что *****? Я материться не хуже вас умею, психушка не даст соврать. Какая-то комитетская крыса уже однажды нас слила? Слила! Нашли её? Ах, нет, пока что! И что, простите, помешает ей ещё раз нас заложить и сдать тёпленькими? Хоть из Абхазии, хоть с Таймыра? Что?! А усилия все наши для чего? Всё похерить ради того, что заинтересованные лица не могут обеспечить нашу оборону?

— Защиту, — подсказал Вова.

— Да хер с ними, с определениями! Защиту, оборону… Ты меня понял? Ещё и бабушку вместе с нами раньше времени прибьют!

— Тут согласен, при таких раскладах прибьют без вариантов.

— Да в гробу я видала такие расклады!

— Оля, а разве так можно? — испугалась бабушка.

— Да плевать мне на можно и нельзя! Я никуда не поеду, пусть меня тут убьют! — я швырнула своё новое свидетельство на стол. — Вы, Сергей Сергеич, может быть уже настроились на югах пожить, но я внезапно вынуждена вас разочаровать!

Они заговорили все трое разом. Стало очень громко и непонятно, кто за, а кто против, и тут стукнула дверь.

— Гостей принимаете?

— Али! — закричала бабушка и бросилась обниматься и плакать. Так разволновалась, что голова у неё начала кружиться, и пришлось мне срочно наливать ей валерьянки.

ПОДМЕНЫШИ

Дед Али скупо и деловито поздоровался, передал Сергеичу какие-то бумаги и начал:

— Получил приглашение на ваши безвременные похороны. Задумано с размахом. Однако, ряд товарищей из руководства посчитал, что подобный ход не принесёт положительных результатов, даже если не учитывать горе в семье.

— Это они прямо правильно посчитали! — горячо выкрикнула я.

— Ты погоди, Оленька, не голоси. Более того, есть данные, что может быть совершена попытка покушения на кого-то из вас в одном из аэропортов пересадки.

Бабушка ахнула.

— Поэтому вылет состоится, но вместо вас полетят подготовленные сотрудники.

— И вместо меня? — удивилась я.

— А что ты удивляешься? В советской разведке и не такие сотрудники есть!

— Метр сорок два ростом?

— Чуть повыше, но, поверь мне, это будет несущественно.

— И когда состоится замена?

— Завтра утром. Вы трое пойдёте перед вылетом «в гости» к соседям, в ближайший домик напротив.

— Так там же нет никого! — всплеснула руками бабушка. — Они уж недели две не появлялись.

— Правильно, — согласился дед. — Две недели назад им было предложено сменить это жилищное товарищество на другое, по Байкальскому тракту, там проведена централизованная застройка домиков, в шаговой доступности залив.