Книга Маша без медведя 2, страница 35 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— И чем ему инспектор не угодил?

— Так это его родной брат. А фамилии разные, потому как Рокотов государем пожалован наследственным дворянством с присвоением новой фамилии — за особые заслуги. Я когда эти признательные читал, на фамилию наткнулся — у меня сразу в голове и щёлкнуло, что видел её — в отчёте по девице Мухиной. Очень уж быстро она подружилась с Марией Рокотовой, дочерью того самого погибшего.

— Так, не перескакивай пока. И что Сотейников?

— За некую мзду перерисовал злоумышленникам план дома и устройство кабинета, помимо прочего надеясь на последующую корысть — по смерти брата по закону был объявлен управителем его имущества до совершеннолетия дочери. Подробности признания он уж устно при мне высказывал, мы ради ускорения процесса следственного дознавателя с собой привезли, так вместе с ним и присутствовали, как свидетели. И в растратах совершённых этот Каин каялся, и в сокрытии драгоценностей покойной супруги графа Рокотова.

— Так. Это всё уже проза жизни — деньги, цацки, материальный интерес. Нас волнует что? Непонятные магические брожения вокруг императорской гимназии. Тут ещё Рокотова эта…

— Иван Семёнович, я тут дело её отца поднял. Любопытный был человек. Пока в Якутии золотодобывающую банду ковырял, неоднократно посещал местных шаманов, в подробностях интересовался их деятельностью.

— И дочь с собой брал? — живо уточнил начальник.

— По свидетельствам, он её вообще далеко от себя не отпускал, всё боялся, что похитят. Выходит — да, брал.

Начальник поднялся и прошёлся из угла в угол, заставляя подчинённого поворачивать вслед за собой голову.

— А не Рокотова ли всю эту кашу крутит?

— Сомнительно. Сколько они в той Якутии пробыли…

— И сколько?

— Четыре года.

— Четыре года! Да за это время можно, брат, такого набраться! Может, он и по шаманам ездил — учителей дочке подыскивал? Если девочка талантливая…

— Так может, вызвать её на беседу — да к нам?

— Можно было бы… — Иван Семёнович снова прошёлся по кабинету и остановился напротив окна, задумчиво глядя на по-осеннему серую реку, — … было бы, если бы не эти невнятные телодвижения вокруг императорской семьи. А что, если девочка уже завербована? Там, в Якутии, вокруг золота знаешь сколько желающих приобщиться топчется? Ого-го! И япошки, и бриташки, и китаёзы. Бриташки особенно мерзопакостны. Может, не так ухищрены в магии, но по части нам подгадить всем фору дадут…

НА СОРЕВНОВАНИИ

По дороге меня просветили, что это мероприятие вовсе не такое камерное, как я себе вообразила. Артиллерия по-прежнему считалась богом войны, здесь учились многие отпрыски аристократических кланов и даже кое-кто из самого верхнего эшелона элиты. На подобные мероприятия обязательно приезжала родня — посмотреть, как молодёжь себя показывает (и как смотрится в сравнении с другими).

— Так что сегодня встретиться могут всякие, — предупредила меня Маруся. — В том числе очень нелицеприятные.

— Ты, главное, помни: держи себя в руках, огненными шарами не кидайся и никаких формул не произноси, даже про себя, — не осталась в долгу я. — Остальное как-нибудь переживём.

Автобусы гимназии чинно въехали на площадку, и местный распорядитель замахал флажками, указывая им место на парковке среди самых дорогих машин. Я удивилась, а Маруся усмехнулась: