Книга Маша без медведя 2, страница 1 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

ВЕЧЕР ПОСЛЕ ПЕРВОГО БАЛА

Тридцатое октября заканчивается.

— Вот блин, — я тупо таращилась в развёрнутый учебник «Государства и общества», на развороте которого было написано: «Правящая императорская чета с детьми, 1959 год». А на фотке, справа от отца — да, стоял Димка. Тут уже высокий, но ещё худой как швабра. Очень суровый, преисполненный чувства потенциального героизма, какими бывают только что поступившие в военные училища юноши. Дмитрий Александрович, мдэ. И, кстати, та, с тщательно подавляемым стервозным характером, которая была в льдистом платье — великая княжна Татьяна. Тут она совсем мелкая, но губки такие же поджатые. — Странно. Я фамилию «Романов» точно не слышала…

— Конечно, не слышала! Он, скорее всего, служит под родственной.

— Под материной девичьей, что ли?

— Вряд ли. У Юсуповых парней практически нет, сразу бы в глаза кинулось. Под боковой какой-нибудь, — Маруся выразительно подняла брови: — Полагаю, прямо сейчас матушка устраивает ему разнос по поводу того, что своими действиями он внушил девушке ложную надежду.

— Ну, ты дала! Ты что? Какую ещё надежду⁈

— А ты как думала? Это спасибо, если она воспитательную работу отцу не перепоручит. Тут всё очень серьёзно.

— Да не собиралась я за него замуж! — шёпотом воскликнула я. — Как можно вообще всерьёз собираться замуж за кого-то, кого не знаешь??? — я плюхнулась на кровать и вздохнула, сложив руки на животе. — Но он был прикольный… — я поймала подозрительный Марусин взгляд. — Ну, это значит: интересный, весёлый. Занятно было с ним общаться. А ведь, скорее всего, не разрешат.

Вот в части скепсиса Маруся была абсолютно со мной солидарна:

— Да уж. Думаю, с высокой вероятностью его теперь вообще не будут на такие мероприятия выпускать. Во избежание.

Бедный Димка. Тяжёлая, парень, у тебя жизнь…

Мы некоторое время потолковали о перспективах выхода замуж на наследника императорского трона. Точнее, об отсутствии всяких перспектив, даже гипотетических. Мы говорили тихо, но не думаю, что нас вообще кто-то слышал. Вся спальня, немного придя в себя, обсуждала сногсшибательное событие: самая ярая наша эмансипе, медичка Лиза, всю вторую половину бала протанцевала с одним и тем же кавалером, после чего они вовсе не пошли на котильоны, а уселись в сторонке и проговорили, причём в очень серьёзном тоне, а сразу после танцевальной части, воспользовавшись моментом, через головы дирекции обратились к императрице с просьбой о краткой беседе. Из ряда вон!

На этом фоне меркло даже то, что Анечка со своим кавалером протанцевала четыре танца и тоже села рядом на обеде.

— Я ещё буду думать, — в ответ на все вопросы невозмутимо гудела Анечка и монументально складывала на груди руки, изображая неприступную крепость.

В отделение с грохотом влетела Рита Малявцева со своей подругой Зиночкой:

— Дамы! Какие новости!!! — Рита захлопнула за собой двери и замахала руками.

Вся спальня тотчас же столпилась вокруг них.

— Лиза уезжает! Завтра! — отчаянно тараща глаза, выкрикнула Зиночка.

Спальня забурлила на порядок громче, чем до этого.

— Тише! Дамы! Тише! Подробности! — Рита подняла ладошку, призывая к хотя бы относительному снижению шума. — Все вы видели на кавалере мундир медицинской службы… — вот спасибо, дорогая, а то ведь я тоже видела, но понятия не имею, что это за мундир! — … и орденские планки. Но все ваши догадки оказались неверны! Он вовсе не отставник! Действующий военный хирург и токсиколог. Он отправляется по контракту с российской военной миссией на острова!