Книга Маша без медведя 2, страница 34 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Мда, — согласилась Маруся, — особенно если в этом колье в свет выйти. Это только в гимназии можно с бижутерией на шее красоваться. А в общество — не комильфо, лучше уж с ниткой жемчуга, пусть тоненькая, зато настоящая…

А после обеда мы поехали к артиллеристам.

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ ГДЕ-ТО

Оперативный отдел тайного городского магоуправления города Заранск.

Мужчина бегло просмотрел стопу возвышающихся передним папок. Когда же воскресенье перестало быть выходным днём? Эдак и вовсе забудешь, как жена выглядит. Верно говорят: штат расширять надо, иначе завалит совсем. И смело можно поспорить, что притащат ещё, как бы не столько же.

Дверь с лёгким стуком отворилась и показался руководитель оперативного отдела:

— Иван Семёнович, посмотрите материалы. Вам может быть интересно.

Вот! Чисто накаркал!

Начальник взял бумаги, пролистал. Резко вернулся к первой странице и начал перечитывать, темнея лицом.

— Это что такое? — подчинённый вытянулся во фрунт и хотел что-то ответить, но не успел. — ЧТО ЭТО ТАКОЕ, Я СПРАШИВАЮ??? Эпизоду три недели! Благотворительный бал прошёл — с участием ВЕЛИКОЙ КНЯЖНЫ! А если бы с ней эдакая гадость приключилась? Вы вообще представляете себе?.. — он рванул ворот ставшего душным мундира.

— Виноват, ваше высокоблагородие! Эпизод изначально проходил как независимый. У них и фамилия другая, никто их с родственницей-гимназисткой не сопоставил…

Начальник прошёл к столу, налил стакан воды из хрустального графина, выпил залпом:

— Так. По порядку. Садись и рассказывай.

— Наше ведомство вообще первоначально не привлекалось. В пятницу, за день до благотворительных вечеров, наши шерстили по сводкам всё странное — и на них случайно наткнулись. Муж и жена Сотейниковы, поражены странной стремительно развивающейся болезнью неизвестной природы. Первый же доктор, к которому они обратились, вызвал экстренную бригаду, которая перевезла их в закрытый бокс инфекционной больницы.

— В тяжёлое, полагаю?

— Верно. Видели бы вы их…

— Так, давай без особых подробностей. Почему решили, что это наши клиенты?

— Один из дежурных врачей приписал на листе предварительного диагноза, что отмечается очевидная связь между состоянием и словами или действиями больных.

— И какие же?

— В первую очередь это проявилось на мужчине. Он попросил выдать ему бумагу и карандаш, а также пригласить полицейского инспектора. Пока с приглашением замедлилось, он написал четыре листа признательных показаний, затем потребовал священника и исповедался, после чего состояние его значительно улучшилось. Супруга же говорить со священником отказалась, кричала бессвязное. Всё, что персонал смог разобрать: «Моё!» — да: «Не отдам!» И в продолжение короткого времени впала в состояние бреда, за которым последовала кома. Не помогло даже вмешательство магов-врачевателей, только агонию протянули.

— Так она что же — преставилась?

— Да, утром двадцать восьмого октября.

— А этот?

— Жив. Не особо здоров, но сейчас далеко не так страшен, как в тот момент, когда я его впервые увидел. Струпья сошли, ни нарывов, ни гнойных язв. Сотрудничает со следствием. И с каждым разом выходит с немного улучшившимся самочувствием.

— Так-так. Явно наш клиент. Ну, и в чём он там накаялся?

Подчинённый немного приосанился.

— Прежде всего, совершил признание касательно того, что имеет отношение к делу заговора против императорского инспектора графа Рокотова с последующим его убийством.