Книга Записки о сломанном мире 1, страница 104 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

А я уже снова бежал, увеличивая разрыв. Как хорошо, что дуэльная площадка здесь размером едва не со стадион! Мне вдруг представился стадион совершенно непривычного вида — облепленный рекламными щитами, с огромными сияющими экранами и электрическими табло, с людьми в непривычной одежде. Я сморгнул картинку и едва не пропустил выпад резвого Фианройда, выскочившего неожиданно сбоку. Шарахнулся от него в сторону, тут же развернулся — и встретил разбежавшегося эльфёныша ударом тяжёлого эфеса в горло.

Следом за Фианройдом мчался тот самый блондин, с которого всё началось. И он буквально воткнулся в спину своего соперника — так боялся не успеть! Получил дагой в глаз. Клинок вошёл едва не по самую рукоять, а второй распахнутый глаз смотрел на меня так изумлённо… Минус один!

Я рванул клинок назад, и тело блондинчика завалилось, пока Фианройд продолжал цепляться за горло и кашлять кровью.

Толпа близко!

Я рванул от первого трупа.

Обрывки подходящих к месту желчных восклицаний проносились в моей голове, но я гнал их прочь. Все едкие слова — потом. Не терять темпа. Не расслабляться. Их всё ещё слишком много.

Пространство вокруг ревело голосами трибун.

Были в них вопли разочарования тех, кто поставил на победу убитого блондина (да и остальных «осчастливленных» мной тоже — вряд ли теперь, с такими повреждениями, они преуспеют в первенстве по убийству меня).

И крики негодования — нахальному человеку, вышедшему против толпы эльфов, всё же удалось кого-то убить!

И даже изрядная доля удивления от того, что всё получилось именно так.

Мелькнуло воспоминание. Мой собственный голос отчётливо проговорил: «Послушай, Джерри: „В момент, когда он уворачивается, переносите меч влево. И, когда он поднимает свой меч, наносите удар по рукам“. Это названо здесь „Перекрёстный ветер“. Не правда ли, изящно?»

Ещё как! — мысленно ответил я сам себе. — Закрепим урок!

Я прыгнул в сторону бешеным зайцем, резко сближаясь с одним из преследователей, и провёл именно эту комбинацию. Рубящий удар с оттягом. Крик. Разворот.

Второй уже рядом. Его вычурный двуручный меч занесён, чтоб как минимум разрубить меня пополам.

Делаю подшаг. Удар по кистям в четверть фазы замаха! Кажется, полетели пальцы.

Теперь кричали двое.

Всё, с повреждёнными руками оба — не бойцы.

Я бегло осмотрелся.

Кто-то из оставшихся неповреждённых вопил, пытаясь призвать остальных организоваться. Но слушали не все.

Трое оказавшихся ко мне ближе всех были совсем рядом и следили за мной, как кошка за мышью. Я позволил себе изобразить, что боюсь их, прыгнул в сторону. Они дёрнулись за мной, и средний помешал правому. Кажется, он даже толкнул его. Правый гневно дёрнул шеей, но этот взгляд стоил ему пропущенного удара палашом по бедру.

Левый, слишком похожий на правого (надо полагать, родственник?) тоже подскочил к среднему и изо всех сил двинул того под дых.

Занимательно! Впрочем, мне это только на руку.

Орала вся троица по-эльфийски, но общий смысл можно было угадать по жестикуляции: братья обвиняли среднего в том, что один из них получил рану, а тот вопил возражения.

Оставив этих орать и осыпать друг друга гневными обвинениями, я бросился прочь. Слишком близко остальные.

Тех, организовавшихся, было восемь. Пока они ожесточённо спорили о возможной тактике, я решил разобраться с подранками из тех, у которых остались неповреждёнными руки — не хотелось бы нарваться на кого-то из них по рассеянности.