Книга Записки о сломанном мире 1, страница 102 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Позвольте представить! — взмахнул рукой Джеральд. — Граф Беркли, любезно согласившийся помочь нам в нашей ситуации — Уильям Андервуд, эсквайр, мой кузен.

— Очень приятно! — граф радушно пожал мне руку. — Однако, вы отважный молодой человек!

— Думаю, пока рано меня хвалить, — слегка усмехнулся я. — Впрочем, если невоспитанная молодёжь выбрала себе красивые железки, я готов.

В ЭЛЬФИЙСКОМ СТИЛЕ

На самом деле их оказалось семнадцать. Семнадцать наглых дураков, вооружившихся красивым эльфийским оружием — но до чего же странным! Здесь были изящные, вычурного вида… даже не знаю, как их назвать. Сабли? Эспадроны? Клинки, одним словом. У некоторых была вовсе неопознаваемая форма и два (или даже три!) острия. Были мечи легендарного вида с прорезями и вырубками прямо на рабочей части лезвия. Один из самых дерзких выбрал даже два кинжала. Да, бесспорно, довольно вытянутых, сродни даге — но всё же кинжала, которые изрядно уступали в длине моему палашу. Почему? Почему именно такой выбор?

На всё это у меня был однозначный и простой ответ, который я держал при себе: потому что выбирающий — дурак. Я бы даже сказал, инфантильный, пафосный и чрезвычайно самовлюблённый дурак. Но заявить подобное — означало бы попытаться нарушить хрупкое перемирие между людьми и «лесным народом». Если кто-то этим и займётся, то однозначно — не я.

Вместо этого я принялся разглядывать помещение, в которое мы пришли.

Отчего-то я думал, что дело будет происходить на улице, но для дуэлей был предусмотрен особенный зал — огромный, с рядами уходящих вверх трибун и весьма просторной площадкой для боя (что отвечало моим намерениям). К моему удивлению, трибуны уже были полны зрителей, и прибывали ещё — в основном эльфы, конечно. Некоторые (их я для себя счёл уже пожившими), взирали на арену с вялым любопытством. Другие же (надо полагать, молодые) были настроены более азартно — они блестели глазами, хохотали, дамочки аж повизгивали, и все без исключения в полный голос обсуждали возможные перспективы схватки и заключали пари — в основном на то, кому из претендентов удастся меня убить (и реже — у кого получится первым меня ранить). При этом многие молодые эльфы притащили с собой миски, наполненные орехами, какими-то мелкими желтоватыми ягодами и вздутой кукурузой. Они весело грызли всё это и предвкушали развлечение.

Что ж, попробую вас не разочаровать. Не даром же я ежедневно изнурял себя тренировками и учебными поединками, едва не насильно выдирая из памяти прежнего Андервуда всё, что связано с убийством живых (да и не вполне живых) существ.

Со стороны противника приблизилось двое молодых эльфов, старающихся держаться холодно и высокомерно. Не очень-то у них это получалось — то взгляд выдавал, то прорывающиеся суетливые движения, из чего я заключил, что оба — юнцы. Обращались они исключительно к Джеральду и графу Беркли:

— Господа, по должности секундантов мы должны просить вас подписать отказ от любых претензий, связанных с исходом дуэли.

— Надеюсь, вы подготовили два экземпляра, — сурово нахмурился граф.

— Само собой разумеется. Наш…

— Секунду, молодой человек! — остановил эльфа Беркли. — Бумагу неплохо бы подкрепить печатью нотариуса. — Он обернулся и поискал кого-то взглядом в толпе.

Подозреваю, что граф позаботился обо всём заранее и заручился своевременной явкой нужного специалиста, потому что по его короткому знаку тростью из-за публики вывернулся невысокий человечек и направился в нашу сторону.