Онлайн книга «Дно мира»
|
Вика окинула взглядом унылое болото и отметила, как много в нём этих бледных огоньков. Как много противных на вид гнидуз плавает в трясине из бесчисленных обид, разочарований и злости – и лишь мечтает как-то отсюда выбраться, чтобы их мертвенно-бледное мерцание сменилось тёплым сиянием. Их так много, что от бессилия у Вики опускались руки: гнидуз тут, наверное, сотни, а она совсем одна. Она всё равно не сможет всем помочь! Тут нужна целая армия! Гнидуза в ладони постепенно наливалась всё более ярким светом; если сначала она едва заметно мерцала, то сейчас напоминала маленького светлячка. Вика смотрела на трепетание язычка света и думала о том, что, пускай для остальных гнидуз всё осталось как прежде, жизнь этой – хотя можно ли вообще говорить о «жизни» применительно к таким странным существам? – совершенно изменилась. А разве одна жизнь, которая поменялась к лучшему, – это мало? Вика осторожно положила всё ещё довольно мерзкую на вид гнидузу на землю, поморщилась от противного запаха грязных носков и раздражения, который появился из очередного лопнувшего пузыря, и решительно ступила в болотную жижу – за следующей гнидузой. А потом за следующей. И ещё за одной. И ещё… Глава 13 Вика не знала, сколько прошло времени. Не знала она и сколько гнидуз собрала – девочка не вела им счёт. Она давно перестала думать о том, как ей отсюда выбраться, и на время позабыла о Ванильке и майстере Куртисе, о тёте Генриетте, маме с папой, Лукасе, майстере Нилсе и вообще о Восьмирье. Весь мир сейчас сузился для неё до одной-единственной задачи – достать из болота ещё одну гнидузу. И ещё одну. И ещё. В какой-то момент Вика поняла, что словно потеряла чувствительность и перестала вздрагивать от липких прикосновений болота и от отвратительных запахов из лопающихся пузырей. Подумаешь, ещё одна боль предательства, ещё одно разочарование и ещё одна обида. Какая разница? В неё и так уже столько всего попало, пока она барахталась в этом страшном болоте! Где-то на самом краю сознания мелькнула тревожная мысль: наверное, такая бесчувственность – это симптом очень сильного отравления Тумарьем, но сейчас Вика была этому только рада. Если бы она не потеряла чувствительность, то вряд ли смогла бы снова и снова возвращаться в болото за новой гнидузой. Вечность спустя Вика поняла, что у неё не осталось сил. Ноги не слушались, руки дрожали, а ходить по грудь в болотной жиже стало просто невозможно. Вырвавшись в очередной раз из трясины, липкая и грязная, Вика осторожно положила в кучу очередную гнидузу и со стоном растянулась на кочке. В бескрайнем болоте Дна мира продолжали перемигиваться и мерцать ещё десятки и сотни гнидуз, но это не имело никакого значения, всё равно Вика больше не могла выловить ни одной, у неё не осталось сил даже на то, чтобы сидеть. «Вот, значит, что такое – упасть на самое дно, – отстранённо думала Вика, глядя на густую каплю тёмного тумана, которая собиралась на потолке прямо у неё над головой. – Ты погружаешься в болото худших из худших переживаний – сначала по пояс, потом по грудь, затем по самую шею, – снова и снова извлекаешь на свет самое неприятное, что только есть, держишь в руках, рассматриваешь, а оно отравляет тебя всё больше. И в конце концов или тебя засосёт в болото с головой, или ты просто рухнешь без сил…» |