Книга Когда родилась луна, страница 94 – Сара А. Паркер

Внезапно меня выдергивает из глотки чудовища и швыряет вперед. Бревно с такой силой падает на изогнутую стену клыков, что я чувствую, как мой мозг бьется о внутреннюю поверхность черепа.

Ритмичного стука крыльев больше не слышно…

Неужели мы… приземлились?

От предвкушения, скручивающего кишки, у меня под языком покалывает.

Творцы, вот оно. Сейчас меня выплюнут в гнездо и съедят.

Я не хочу быть съеденной.

Вокруг меня раздается грохочущий звук, и дракон разжимает пасть. Между остриями его чудовищных клыков, каждый из которых намного больше меня, тянутся ниточки слюны. В увеличивающуюся щель пробивается яркий свет, до боли режущий мне глаза.

Я все еще щурюсь, когда зверь опускает голову, просовывает язык под бревно и выплевывает меня, как кусок мусора.

Мое сердце подскакивает к горлу, когда я взмываю в небо, давя в себе крик, грозящий вырваться наружу.

Благодарю.

Я отказываюсь умирать с воплем на губах. Я буду рычать, проклинать и огрызаться на этих маленьких колючих огнедышащих ублюдков, пока они не вырвут мне глотку.

Гравитация тянет меня вниз, и я падаю лицом во что-то теплое… рыхлое… что не позволяет дышать. Гораздо мягче, чем я представляла себе гнездо саберсайта. И жар не обугливает кожу, как я ожидала, хотя я уверена, что его отродья устранят этот недостаток.

Столб, к которому я до сих пор привязана, дергается назад и снова опускается, так что я оказываюсь лежащей на нем, а не наоборот – как идеально поданное блюдо на палочке.

Эти детеныши должны быть огромными. И сильными. И им, должно быть, нравится играть со своей едой.

Чудесно.

У меня сводит желудок, и слюна саберсайта поднимается к горлу. Я поворачиваю голову, и меня рвет, я кашляю, хриплю, кишки сводит судорогой, когда из меня извергается… все.

В перерывах между спазмами и стонами я приоткрываю глаза и вижу стоящего надо мной мужчину со скрещенными руками и хмурым выражением на красивом лице. До боли знакомого, который теперь наблюдает, как меня рвет на очень мелкие камешки, которые, должно быть, являются песком.

Я слышала об этом. Первое впечатление имеет значение, и, к несчастью для этого песка, который сейчас царапает мои глазные яблоки и облепляет лицо и волосы, мы начали неудачно.

Однако я жива, и в данный момент не сгораю заживо, и меня не рвут на части. Осознание этого превращает мои рвотные позывы в смех, сотрясающий мою грудь и звучащий как один из маниакальных приступов Клод.

— Я так рада, что это ты, – выдавливаю я из себя между приступами утробного смеха. – Теперь я, наконец-то, получу удовольствие от того, что убью тебя.

— Я только что спас тебе жизнь, – бурчит в ответ король-инкогнито, подняв брови. Черный плащ развевается под порывами ветра, который швыряет мне в глаза еще больше гребаного песка. – Может, благодарность будет уместнее, чем кинжал, приставленный к моему горлу?

— Если бы ты почти утонул в слюне саберсайта, ты бы с этим не согласился, – заявляю я, вглядываясь в его задумчивое лицо с уверенностью того, кто не закован в железо и не привязан к столбу. – Как насчет того, чтобы поменяться местами? Посмотрим, что ты почувствуешь, когда немного помаринуешься в его пасти. Уверена, ты захочешь перерезать мне горло.

Король склоняет голову набок, его голос звучит раскатисто, когда он произносит: