Книга Когда родилась луна, страница 115 – Сара А. Паркер

Мои пальцы путаются, расплескивая суп повсюду.

Стиснув зубы, я пробую еще раз, на этот раз наполовину донеся ложку до широко открытого рта с высунутым языком, а потом она выскальзывает, забрызгивая мои руки и грудь супом.

Ложка со стуком падает на пол вместе с остатками моего терпения.

Я пытаюсь встать с табурета, но Каан хватает меня за плечо, удерживая на месте.

— Я подниму…

Я поворачиваю голову и впиваюсь зубами в его предплечье так быстро, что едва успеваю заметить, как это происходит. Пока во рту не появляется вкус его крови, а он не вздергивает меня на ноги, прижимая к стене и вжимая свое бедро между моими. Мои руки подняты над головой, а его рука обхватывает мою челюсть.

Наши тела прижаты друг к другу, дыхание вырывается сквозь оскаленные зубы.

Наши носы и лбы соприкасаются, когда в комнате зловеще темнеет, единственным источником света остается чрево раскаленной печи, отчего Каан кажется нависшей надо мной разъяренной тенью, а его глаза мерцают, как угли, потрескивающие во мраке.

— Хочешь поиграть грубо, Лунный свет? Мы можем. Но только после того, как ты поешь.

— Это приказ, сир?

Клянусь, в его глазах вспыхивают красные искорки, а тело прижимается ко мне с огромной силой. Слишком горячо.

Недостаточно горячо.

— Есть разница между тем, чтобы о тебе заботились, и тем, чтобы тобой помыкали. Знай это.

Я невесело усмехаюсь, вздергивая подбородок.

— Ты даешь мне миску супа и ждешь, что я буду есть его со связанными руками? У тебя искаженное восприятие заботы.

Не могу поверить, что думаю об этом, но я скучаю по своим кандалам. Или, вернее, по цепи, натянутой между ними. По крайней мере, я могла хоть что-то делать, например потянуться. Или почесаться. Сейчас мои запястья связаны так туго, что подтирать задницу, когда я, наконец, доберусь до уборной, будет настоящим испытанием.

— Попробуй принять помощь, Рейв. Ты удивишься, когда поймешь, насколько легче тебе станет. Простая просьба о помощи не делает тебя слабой. Она делает тебя настоящей.

Я открываю рот, чтобы сказать ему, что мне не нужна помощь короля-тирана, но тут мой желудок снова урчит, подавая свой неуместный голос.

Что-то громкое и злобное обрушивается на крышу – оглушительный грохот, подобного которому я никогда не слышала.

Сердце подскакивает к горлу, взгляд отрывается от Каана и мечется по комнате в поисках трещин в стенах, поскольку здание, очевидно, рушится.

Неужели упала луна?

Разве мы не должны бежать? Прятаться под столом?

Почему он так спокоен?

— Это просто сильный ливень, – говорит он, и его голос нежно успокаивает мое заколотившееся сердце.

Мое тело расслабляется.

Ох.

— Это очень… громко, – говорю я, продолжая искать трещины в стенах. – Ты уверен, что это не лунопад?

— Уверен. Ты в безопасности.

Я встречаю его взгляд.

— Спорно.

— Ты в безопасности.

— Потому что я тебе зачем-то нужна – так всегда бывает. Для чего? Может, стоит рассказать об этом прямо сейчас, как ты считаешь? Ожидания действительно причиняют боль, когда наносят удар в спину.

Он хмурится.

— Все, чего я от тебя хочу, – это чтобы ты съела свой гребаный суп. И, возможно, чтобы мы пережили этот сон без кровопролития – я знаю, что тебе это дается с трудом.

Я прищуриваюсь, пытаясь разглядеть в его взгляде трещины, но нахожу только твердую, как камень, убежденность.