Книга Закон тирана, страница 73 – Дэниел Абрахам

— Если узнаете, что с ним стало, расскажите мне, – попросила Клара. – И если кого-нибудь еще выпустят досрочно, тоже.

— Поспрашиваю, коли хотите, – ответила Алия, прислоняясь к массивному береговому устою моста, сложенному из крепкого камня. – Может, еще что-нибудь нужно узнать?

Конечно нужно. Клара уже собрала столько сведений из разных мест: о рыцарях на поле боя – от старого привратника, перешедшего на службу в «Медвежье братство»; об отправляемом в армию зерне – из ссоры рассерженного пекаря и мельника, всегда поставлявшего ему муку; о передвижении войска – от десятка солдатских друзей, их любовниц и родственников. Сведения свободно летали по городу, требовалось лишь внимательное ухо. Однако так же, как питье соленой морской воды лишь усиливает жажду, каждый ответ на вопрос усиливал любопытство. Какие припасы взял с собой в Лионею сын Никайлы Эссиан? Много ли отрядов направлено в странные места мира и кто их возглавляет? Чьи еще сыновья в них состоят, сколько с ними коней и продовольствия? До всего хочется дознаться, но на это потребуется много дней и даже недель – и, возможно, все окончится ничем.

Клара улыбнулась Алии и вновь затянулась дымом из трубки. Нужно ли ей что-нибудь узнать? Да, узнать нужно все.

— Нет, милая, – сказала она. – Это всего лишь любопытство стареющей дамы.

— Не такой уж старой вот для этого. – Алия метнула масленый взгляд в Винсена Коу.

Клару кольнуло стыдом, но она тут же рассмеялась. Винсен, по-прежнему стоя на другом краю площадки, вновь глянул через плечо на женщин, проверяя свою стаю.

— Красивый, – только и ответила Клара.

У моста пробыли почти час: Клара подходила посплетничать к разным людям, с которыми познакомилась за последние месяцы, Винсен следовал за ней тенью. Наконец, когда солнце начало клониться к западной городской стене, Винсен взял ее под руку и повел домой, на постоялый двор.

— Вот что я хочу сказать, – заговорил он, как только они вошли в сумрачный проулок. – В городе оставаться рискованно, я начинаю беспокоиться. Собираюсь поговорить с моим дядей – насчет того, чтобы нам уехать к нему на лето.

— Как мило, – ответила Клара. – Нет.

— Боюсь, здесь будет нехорошо. Не сейчас, позже.

— Тем более мне надо остаться.

— Надежнее было бы…

— Мои письма с фермы вашего дядюшки, разумеется, будут необычайно содержательны: вдруг там народится невиданное количество поросят. Никуда я не поеду – если уж писать письма, то отсюда.

— Тогда, может, лучше не писать, – произнес Винсен так мягко, что Клара чуть не рассмеялась.

— Буду писать, конечно. У меня ничего больше нет.

— У вас есть я.

На этот раз Клара не удержалась от смеха, и мгновенная тень боли на лице Винсена одновременно и ужаснула ее, и позабавила. Клара, потянувшись вверх, поцеловала его в угол губ. Внезапно ощутив вкус пота с его кожи, она задалась вопросом, не переступила ли она некую необсуждаемую границу. А если переступила, то чья была граница, ее или Винсена? Взгляд его светло-карих глаз устремился к ней, щеки залил румянец. Клара даже не поняла, что они остановились, и осознала это лишь при виде случайного прохожего.

— Мое дело здесь, – произнесла Клара. – И я надеюсь, что вы останетесь со мной.

— Чтобы отомстить за вашего мужа, – договорил Винсен, и Клара услышала в его словах целый узел сложных чувств.