Книга Ледяное сердце эриды, страница 85 – Цитианка

— Тебе пора одеваться, эрида, — произносит он, сухо, даже чуть нетерпеливо. — Выдвигаемся через пятнадцать минут. Теоден, выйди и жди снаружи, приготовь все к отправлению.

Командир только коротко кивает и отворачивается. Проходит мимо тяжёлой кровати и не оборачиваясь, выходит за дверь.

Я жду пару секунд, потом перевожу взгляд на принца.

— А ты? Не собираешься выйти? Или будешь наблюдать, как я справляюсь с ремнями на людской броне?

Он качает головой:

— Тебе понадобится помощь. Эта броня не рассчитана на одиночное облачение. Если попытаешься сама, затянешь неравномерно и сдвинутся крепления.

Я чуть поднимаю брови, удивление вспыхивает и тут же гаснет. Сам принц Веларрона собирается натягивать на меня броню? Неожиданно.

Хватаю свёрток, отступаю за ширму, стягиваю рубашку. Натягиваю через голову поддёву, ощущая, как ткань плотно ложится по телу, повторяет линию плеч, обхватывает грудную клетку. Брюки из плотной ткани скользят по ногам, туго застёгиваются на бедрах, пряжки ложатся в нужные гнезда. Всё подогнано так, что не оставляет ни одной открытой полоски кожи. Поднимаю с пола тяжёлые сапоги, аккуратно натягиваю на ступни, заправляю штанины внутрь, затягиваю ремешки — пятка плотно встаёт на место, голеностоп фиксируется, можно идти часами и не сбить ноги в кровь.

Когда выхожу из-за ширмы, Каин уже стоит ближе и без лишних слов берёт кожаную кирасу, разворачивает, проверяет заклёпки.

— Убери волосы. Если зажмёшь их под кирасу, потом не вытащишь.

Я молча подбираю белоснежные локоны. Его пальцы касаются кожи у плеча, он аккуратно усаживает кирасу на грудь, выводит ремни вдоль спины.

— Придержи здесь, — он заводит мою руку на ремень под лопаткой. Его ладонь ложится на спину, пальцы скользят по линии позвоночника, тянут ремень, защёлкивают замок так плотно, что ткань натягивается на груди.

Он медленно затягивает ремни, проходит пальцами по швам, проверяет фиксаторы на наплечниках. На миг ладонь останавливается у шеи и в этот момент чувствую, как моё дыхание сбивается. Я не привыкла, чтобы кто-то так спокойно касался моего тела.

Он затягивает ремни, следит за каждым движением, словно я часть его собственного отряда.

Тянусь к поясу, собираюсь застегнуть пряжку, но сзади, почти вплотную становится Каин — его рука ложится поверх моей, обхватывает мои пальцы, находит застёжку, затягивает ремень одним уверенным движением.

— Слишком слабо, — говорит тихо.

Я смотрю в зеркало. В отражении вижу его лицо, оно чуть выше моей головы, взгляд спокойный, но в нём собирается что-то острое, сдержанное.

— Часто девушкам помогаешь надевать броню?

— Те, кто идут в бой под моим знаменем, — воины. Девушек среди них нет.

Я на секунду замираю, задерживаюсь на этом «нет», потом, не отпуская тему, поворачиваюсь к нему:

— Тогда откуда эта броня? Или здесь у вас принято готовить амуницию для пленных?

Каин, не убирая руки с ремня, коротко смотрит мне в глаза:

— Эту броню изготовили специально для тебя.

Я едва заметно хмурюсь, вглядываюсь в отражение, разглядывая точную посадку доспеха.

— Интересно, как тебе так точно удалось угадать с размером? — спрашиваю с намёком, — Не припомню, чтобы ты когда-нибудь брал с меня мерки, принц.

— Это не твоя забота, эрида.

Я качаю головой, провожу ладонью по гладкой коже кирасы и скользну в отражении по заклёпкам — броня явно стоила дорого, слишком много для простой пленницы.