Книга Ледяное сердце эриды, страница 172 – Цитианка

Мы сворачиваем к стрельбищу, но мысли всё равно возвращаются к белой колонне в лесу — к Селине, к её взгляду через решетку. Она идёт в Терион, и я не могу остановить это, не могу даже предупредить. Всё, что осталось — надеяться, что огонь, не коснется её.

А дом… Дом снесут.

Лошадь идёт ровно, я держу поводья крепко, чтобы не соскользнуть с седла. На мне белоснежная кожаная броня — она плотно прилегает к телу, на груди и горле гравировка, рельефы по плечам и на длинных перчатках. Высокие наплечники, наручи, защита бёдер — всё до мельчайших деталей отполировано.

Врата Териона открываются пропуская наш белоснежный отряд. Впереди ступает Эзар. Я держусь сразу за ним, остальные эриды идут за нами, никто не разговаривает. Мы пересекаем мост через ров, слышен только глухой топот копыт и тихий стук шагов. У ворот на площади стоят стражники, человек десять. Они смотрят на нас внимательно, копья держат прямо, лица напряжённые. В их взгляде нет открытой злости, только осторожность и вежливость, за которой легко читается тревога.

Вдоль улицы стоят горожане. Кто-то выходит из лавки, кто-то прижимается к стене, жмурится на утренний свет. На лицах больше любопытства, чем страха, но каждый взгляд будто просвечивает меня изнутри: ищут признаки чудовища, ищут чудо. Старики хватаются за сердце, матери тянут детей за рукав, но есть и те, кто смотрит прямо — не уводит взгляда, будто верит, что мы действительно принесем перемены. И никто не бросается вперёд, не кидает камней, никто не выкрикивает старых прозвищ.

Мы идём дальше, вглубь Териона. Дома вдоль улицы светлые, куполообразные крыши покрыты позолотой, но уже утратили былую яркость. Но даже сейчас город кажется нарядным: свет отражается в окнах, на стенах пляшут тени от флагов и ветвей, под ногами чистый булыжник, нигде нет мусора.

По дороге нас встречает мужчина с крепкими плечами и медной кожей, словно человек, привык проводить время в седле или на тренировочном поле. Лицо прямое, резкое, подбородок выбрит, волосы тёмные, убраны в гладкий хвост. На его плаще вышит герб Териона — золотой лев с короной на голове, вставший на задние лапы, пасть раскрыта, когти вытянуты вперёд. Доспех на груди чист, застёжки натёрты до блеска.

— Верховный Луциора, Эзар Дарр, — он приветственно кланяется не слишком низко, скорее уважительно, чем покорно. — Меня зовут Варик Торн, я командир стражи Териона и официальный представитель королевы Майрисы. Приветствую вас и ваш отряд в наших стенах. Её Величество уже ждёт вас во дворце. Ваш отряд может проследовать с моими людьми в казармы.

— Мои эриды голодны, Варик Торн, — бросает Эзар, едва заметно растягивая слова. — Думаю, вы понимаете, что это значит.

Вокруг на миг становится чуть тише. Несколько стражников не удерживают взгляд, один чуть крепче сжимает копье. Варик, чтобы не выдать волнение, медленно втягивает воздух, но я ощущаю в его эмоциях тревогу. То же ощущения скользят по лицам горожан — тот, кто был ближе, инстинктивно делает шаг назад, прячась за спину другого.

— Конечно, Верховный, — отвечает Варик чуть жёстче. — Все необходимое будет организовано. Ваши воины получат всё, что требуется.

Он тут же отдает короткое распоряжение сопровождающим, в голосе — официальная вежливость, за которой теперь чувствуется напряжение. Горожане не спешат расходиться, но теперь держатся дальше, будто боятся оказаться теми, кто случайно привлечёт внимание.