Книга Кодекс недотроги, страница 30 – Алиса Лисова

Роман усмехнулся и встал. Порылся в кармане, выудил оттуда визитку и протянул Алисе.

— Рекомендую отличный способ разрядки. Заходите в мой клуб на выходных. Будет интересно. Не бывали ещё?

— Не приходилось, — мышка как-то подозрительно посмотрела на название клуба на визитке, сглотнула, но карточку взяла.

— Можете подругу с собой взять. У вас же есть подруга?

— Работайте, Алиса. Роман Андреичу уже пора, — протараторил я и перевел гневный взгляд на друга. — Пора, говорю, Роман Андреичу!

Сдерживая смех, Роман вошёл обратно в кабинет.

— Ну, что? Есть ещё сомнения?

— Есть. В твоей адекватности! Я, наконец, нашел нормального ассистента, а ты довести её решил? Отвяжись со своими расспросами. — я откровенно начал злиться на друга.

— Да как так-то?! — он почти обиженно развел руками. — Ты что не понимаешь, что ли? Это шанс найти мою Пантеру!

— А для меня это шанс лишиться неплохого специалиста! Она вон белая вся сидела!

Роман зарычал и вышел со смиренным видом. Но что-то мне подсказывало, что попытки что-то выведать у мышки он не оставит. Упертый чёрт.

Отчаянная ситуация требовала отчаянных мер. Собрав в конференц-зале юристов и руководителей финансово-экономического отдела, я начал совещание.

— Как мне удалось узнать, контракт «Максима» ещё ни с кем не подписала. Так что у нас появился шанс. При грамотной доработке договора, мы можем надеяться на благоприятный исход.

Важные дядьки в пиджаках и галстуках загалдели. Показывали поочередно графики, приводили в пример цифры. Я внимательно слушал их и пытался вычленить из пустой болтовни то немногое, что действительно могло бы сделать наше предложение более выигрышным на фоне конкурентов.

Вдруг из общего гвалта выделился тонкий голос и худенькая рука поднялась вверх.

— Можно я скажу? — пискнула мышка.

Она поднялась, откашлялась и начала выдвигать свою теорию относительно решения возникшей проблемы. Поначалу отнесся скептически. Но с каждым сказанным ею словом, все больше понимал, что в её речи больше смысла, чем во всей той пурге, которую гнали умные дяди в пиджачках. И нахрена я вообще им плачу?

Сложив руки на груди и безотрывно глядя на мышку, я наблюдал, как она нещадно размазывает по стенке всю мою команду юристов и экономистов. И когда она успела так настрополиться? Резко, аргументированно, по факту. На прошлой неделе «мяу» боялась сказать, а сейчас резала по живому и безапелляционно выигрывала. Что изменилось? Или я не замечал?

Слушая уверенную речь своей ассистентки, считывая её движения, в какой-то момент поймал себя на мысли, что возбуждаюсь от ее деловой хватки сильнее, чем от секса. Мышка замолчала, сделала глоток воды и медленно провела пальчиком по печатным строкам. Изящно, невинно и в то же время сексуально.

В памяти всплыл рассказ Романа, и я представил, что она может сделать этими пальчиками. Представил, что могу сделать с ней я, и то, как мышка грязно стонет в моих руках, сбрасывая с себя привычную серьезность. Как эти ноготки, которыми она постукивает по столу, впиваются в мои плечи, а она сама выгибается и дрожит. Представил, как она медленно водит своими изящными пальчиками по моей, покрытой испариной, груди и прерывисто дышит, сидя на моих коленях.

— Черт, ну нахрена… — тихо выругался я на друга за то, что рассказал мне об этой темной стороне жизни моей сотрудницы.