Книга Третий круг рая, страница 85 – Марина Болдова

— Логично, но не факт, – заметила я.

— Фактом станет, если мешок Любе предъявить. Сохранил мешочек-то?

— В машине лежит. Экономка моя, кстати, из Жуковки, дальняя родственница Ксюхи, прибрала его к себе в хозяйство, когда дом тещи продавали.

— Больше ты с отцом не виделся?

— Нет. Пока похороны, девять дней, сорок… не до него было. Баксы сунул в диван, пачку на расходы оставил. Я тогда в строительной фирме на зарплате сидел, почти все деньги на лечение мамы уходили. Когда очухался, решил свое дело открыть. Подумал, как-то нехорошо получилось – вроде как ограбил старика. Понимал, что назад он баксы не возьмет, а соучредителем стать, может быть, и согласится. Поехал к нему домой, но оказалось, он уже там не живет. Соседка письмо от него передала. Писал, чтобы я не искал его – он уехал на Дальний Восток.

— И ты не искал?

— Искал. Но без напряга. Частного детектива нанял года три назад, когда понял, что знакомые менты из меня только деньги тянут. Наконец в прошлом году обнаружили его в глухой деревне, в тайге. Лачуга, пьяная баба, и сам на ханыгу похож. Таким и привезли его ко мне. Слава богу, оказалось, он не совсем опустился – не пил совсем. Только на своей компартии помешался. Это, я вам скажу, нечто… – Георг вздохнул. – Лучше бы пил. Еле уговорил его костюм в секонде купить, белорусские ботинки: типа, братская республика шьет, – да еще пару рубашек подешевле ему подобрали. Отец с портфелем, который с собой приволок из деревни, не расставался, только что в душ не брал – в тумбе стола запирал. Что у него там? Материалы двадцатого съезда компартии? Дурдом! Прислугу игнорил, готовил себе сам, мыться ходил в общественную баню – в джакузи, типа, одни барыги плещутся! А потом сбежал… Я решил – крыша у старика поехала, хотя в шахматы он меня обыгрывал на раз. Страшно за него стало: прицепится со своими лозунгами к кому-нибудь, чудак старый, огребет, мало не покажется. Опять детективу позвонил, тот к поискам подключился сразу, но отец как в воду канул.

Мы с Сотником не перебивали Георга, понимая, что ему нужно выговориться…

— В общем, если бы не Тальников, то есть если бы Жанка не умерла и муженек ее к тебе не сунулся, я бы отца не нашел… Правда, поздно. А теперь я узнаю, что он – убийца. И деньги ворованные! Черт, как жить-то с этим?!

Георг смотрел на меня. Повисла пауза. Я не могла оторвать взгляда от лица будущего мужа – страдание было ненаигранным, больно ему было по-настоящему.

— А когда баксы брал, логичная мысль о нетрудовых доходах батюшки не посетила? – с издевкой спросил майор. – Ладно, давайте-ка вернемся к нашей истории. То есть к первому преступлению – убийству Тамаша и краже золота. С очень большой долей вероятности все это совершил Юдин – некоторые из отпечатков пальцев, снятых при обследовании автомобиля, идентифицированы как принадлежавшие ему. Официальное заключение получено на днях.

— Дело вновь открыто?

— Да. Итак, продолжу. Превратив золотой лом в стабильную валюту, Юдин облагодетельствовал сына и сбежал, как сообщил в письме, на Дальний Восток. Если не он лишил жизни баро, то зачем бы ему бежать? Так?

— Как он убил? Застрелил, зарезал? – перебил Георг.

— Зачем тебе подробности?

— Раз спрашиваю, значит, нужно!

— Как скажешь… Тамаш Бадони был задушен. Убийца, сидя на заднем сиденье автомобиля, накинул ему на шею шнур. Спонтанное, но от этого не менее страшное преступление ради наживы.