Книга Третий круг рая, страница 66 – Марина Болдова

— Это что сейчас было, Сотник? Что за наезд? При чем здесь золото цыган? От тебя слышу об этом впервые, – твердо и спокойно произнес Георг. – И еще. Я не знаком был с баро и отцом Ляны. Я даже о ней ничего не слышал до вчерашнего дня. Не понимаю, с какого перепугу ты меня приплел к той давней истории?

— Ты наследство не золотом получил?

— Хотя это и не твое дело, отвечу: нет! Все? Вы оба выяснили, что хотели? – Георг поднялся.

«Опять соврал. Или недоговорил», – отметила я, молча покачав головой.

— Да, вот что – я ждал тебя, майор, чтобы спросить, когда могу забрать тело отца.

— Я сообщу. Скорее всего, завтра после обеда. – Сотник встал из-за стола и протянул руку Георгу.

— Позвони. – Георг вынул из бумажника визитку и буквально впечатал ее бывшему другу в ладонь. – Второй номер – референта. Он передаст, если я не отвечу.

— Хорошо.

— Ляна, ты едешь? – спросил Фандо уже от двери.

Я, попрощавшись с Сотником, вышла вслед за Георгом в коридор.

— Смотри на меня! – Больно схватив за плечи, он слегка отодвинул меня от себя и посмотрел мне в глаза долгим взглядом. – Ты веришь, что я не мог убить? Или ограбить? Кого бы то ни было? Ты – со мной?

— Да, – твердо произнесла я, не отводя взгляда. – Но ты расскажешь мне, почему соврал Сотнику. Ведь наследство ты получил мешком золота, так? И мама твоя здесь ни при чем.

Он молчал несколько секунд, но потом вдруг резко выдохнул:

— Не так! Я в глаза не видел никакого золота. Все, закрыли тему!

Обняв за плечи, он вывел меня из здания райотдела.

Я проснулась от тихого стука – Тата скреблась в дверь, робко напоминая, что уже утро. Я крикнула, что встаю, тут же вспомнив, как в моей юности та без церемоний врывалась в комнату, чтобы растолкать вновь заснувшую после звонка будильника студентку музучилища Ляну Бадони. Тогда я по утрам спала как убитая, добудиться меня было проблемой. Случалось, что и доставалось волшебного фонтана брызг из лейки – действа стопроцентно верного.

Вчера я так устала за день, что не смогла ответить ни на один из вопросов Таты. А их было множество. Мне нужно было хотя бы несколько часов тишины и одиночества. Поняв, что внятного диалога не получится, Тата коротко сообщила, что мама чувствует себя сносно, Отто сняли с аппарата искусственной вентиляции легких, а у Сани, по его словам, все «норм». После чего она вновь робко попросила не скрывать от нее ничего, даже самого-самого страшного, на что я лишь отрицательно помотала головой. «Завтра, все завтра», – выдавила я, повторив в точности фразу Георга, которую тот произнес в момент нашего расставания часом ранее. Да, четкого обещания объяснить свое вранье в кабинете следователя я не получила. Не было и прощального поцелуя, только брошенный на меня полный страдания взгляд…

Оставив обиженную Тату на кухне, я поспешно скрылась в кабинете. То, что Сотник не выдал мне даже десятой доли информации по делу о конфликте в Жуковке, я понять могла. Но очень хотелось знать – кто же видел Георга в тот день в деревне? Почему его не опросили уже тогда? Наверняка оперативники прошлись по всем домам. Этим наблюдательным «кто» мог быть сам Сотник?

Набирая его номер, я была готова к тому, что майор не ответит, а сошлется на запрет на разглашение оперативной информации…