Книга Двери зимы, страница 99 – Игорь В. Свинин

«Вот ведь смельчак! У меня поджилки трясутся, а он с ними спорит! Неужели на силу Триглава надеется?»

Золотисто-радужное сияние всё ещё лилось из глаз Ланека.

— Хорошо. Покажи нам её, – велел голос и почти сразу же продолжил: – Марика совсем рядом, в пещерах недалеко от Ангзнума.

— Тогда скажите, как её найти и как выбраться отсюда!

— Только если вы согласитесь принять ношу, иначе останетесь здесь навсегда! – прозвучал жёсткий ответ. – Вы первые живые за тысячи лет, переступившие порог в день, когда Двери открыты. Мы ждали слишком долго. Мы не можем вас просто отпустить!

Недовольство хозяев накрыло гостей волной запредельного холода, пронзительного невидимого ветра. Дарен тщетно пытался побороть сковавший сердце ужас, проглотить вдох, застрявший в горле. Ланек и Аника прижались друг к другу, видно, чувствовали себе не лучше.

Но вот волна раздражения велтов схлынула, уступила место ледяному спокойствию.

— Человек Аника, ты примешь ношу? Разорвёшь древний договор и освободишь нас?

— Тогда вы нас отпустите? – вмешался Дарен.

— Да. Она должна вынести ношу под дневной свет и доставить в сердце царства велтов.

— Можно мне заменить Анику? – спросил механик. – Это наверняка смертельно опасно.

«Что ты делаешь? – всполошился Болтун. – Мы не должны…»

— Ты не сможешь войти в туман забвения, – прогремел ответ. – Лишь твои спутники способны это сделать.

— Значит, пойду я! – шагнул вперёд Ланек.

— Нет! – решительно отодвинула его Аника. – У тебя не получится.

— Но почему?

— Ты не умеешь слышать всё, как я. И это я вас сюда привела, мне и расплачиваться, а ты будешь помогать. Не спорь, вы сможете меня защитить, я знаю.

Ланек вздохнул и отступил.

— Помни, – прогудел голос, – ты должна доставить ношу в столицу царства велтов, пока открыты Двери зимы. Там в тумане забвения бродят наши тени и тени наших детей, наши сущности, наши души. Время проходит сквозь них, как вода сквозь песок, не изменяя. И они сами не замечают его бег, навсегда застряв в одном-единственном миге, дне гордости и величия нашего рода. Ты должна принести им прошедшее время, показать минувшие века. Тогда они освободятся от наваждения, созданного владычицей Мораной, и покинут наконец Подлунье.

— Разве можно унести прошедшие века? – удивился Ланек.

Но Аника согласилась и достала кантеле. Левой рукой зачерпнула с постамента горсть песка с крошками статуи, кусочками цветного камня и эмали, сжала в пальцах. А правой тронула струны, и они загудели печально, басовито. Звуки раскатились под древними сводами, перекликаясь рокочущим эхом, напомнили шум волн, подтачивающих берега, и свист ветра, заносящего песком стены мёртвых городов. В них звучала тоска живущих по истекающим мгновениям, грусть о прожитом и ужас перед вечностью. Звуки затихли, затерялись в тёмной дали подземелий. Аника замерла, прислушиваясь, впитывая в себя это ощущение, сгорбившись, словно взвалив на спину тяжёлую ношу. Высыпала песок из ладони в платок и затянула узлом.

— Теперь торопитесь, – прогудел голос мёртвых. – Стражи укажут вам дорогу. Идите за ними, и выберетесь наружу. Будьте осторожны, опасайтесь диких. За этим порогом мы не сможем вас защитить.

Ланек шел рядом с Аникой, поддерживал её под локоть. Они пересекли портал и исчезли за непроницаемой завесой.