Книга Империя праха, страница 97 – Филип К. Квантрелл

Принцесса злилась на себя. Что ей стоило лучше учиться магии?! Только вот она всегда предпочитала лук и меч, а о своих магических талантах забывала.

— Это не твоя вина. – У выхода из хижины ее почему-то ждал Эшер, а не Натаниэль. – Не грызи себя.

Взглянув в его спокойные голубые глаза, Рейна почувствовала некоторое облегчение и не спеша пошла за рейнджером.

— Если б только он не отнял твое кольцо… – Рейна взглянула на пустую руку Эшера. – Ты бы без труда ей помог и вообще открыл бы портал прямо в Полночь.

— Даже с кристаллом маг из меня так себе, – ровно произнес Эшер, и невозможно было понять, какое чувство он вкладывает в эти слова. – Было бы безопаснее позволить ей открыть два портала, пусть и с перерывом.

— Кстати, ты ей нравишься. – Рейна сама не поняла, почему вдруг сказала это. – Она не показывает, ее чувства еще трудней прочитать, чем твои, но ей точно приятно с тобой.

Рейнджер ничего не ответил. Они как раз подошли к остальным, сгрудившимся на поляне так, чтобы все время видеть рысящих по полянке кентавров. Доран развел костерок и как раз насаживал мясо на шампур, а Хадавад убеждал его съесть что-нибудь не бегавшее и не дышавшее. Гном огрызнулся было, но тут подошла пара кентавров. На шампур они посмотрели с отвращением.

Широкогрудый кентавр, представившийся Кзастусом, тот самый, что встретился им на пустошах, обратился к Рейне.

— Принцесса Рейна, – глубоким, звучным голосом произнес он. – Мой народ готовит пир, чтобы почтить возвращение эль’шенэ в наши земли. Ваших… друзей тоже приглашаем.

Рейна уже поняла, что между людьми и кентаврами много недоверия и история эта долгая и кровавая. Она поставила себе зарубку на память первым делом заняться этим вопросом, когда между Иллианом и Айдой установится мир.

— Благодарю вас, Кзастус, это честь для нас. – Рейна поклонилась и потом долго смотрела вслед удаляющимся кентаврам. Как же величественны эти создания!

— Может, эльфам твои идеи и не понравятся, принцесса из вас все равно хорошая. Ваше высочество.

Рейна улыбнулась, довольная похвалой.

— Мама учила меня, что править – значит служить. Для отца это скорее значит подчинять и управлять, но он видит мир иначе… – грустно ответила она.

— Наверное, он просто слишком много повидал за свою жизнь. Когда взрослеешь среди кровавой бойни, трудно научиться мыслить шире.

Рейна коротко улыбнулась.

— Для простого рейнджера ты слишком красиво выражаешься. Это тебя выдает.

Эшер улыбнулся в ответ.

— Я бы сказал, так, наоборот, загадочнее.

Принцесса посмеялась, но безрадостно: мысли ее все еще крутились вокруг отца.

— Он правда многое повидал на Темной войне… Но времена изменились, значит, нам нужен новый взгляд. Он живет прошлым. Вот бы все войны и насилие там и остались!

— Так ты однажды займешь его место? – спросил Эшер.

Сколько раз Рейна задавала себе тот же вопрос!

— Отец… сделал эльфийскую иерархию жестокой. Если он умрет или отречется от престола, трон займет моя мать, Адиландра. А если оба они отрекутся или умрут – меня, скорее всего, убьют и поставят кого-нибудь из благородного семейства. Меня считают слишком мягкотелой для того, чтобы править эльфами.

— Как по мне, ты больше эльфийка, чем они все. Ты не знала прошлого, но помнишь, чем жил твой народ до войны. Я вырос среди убийц и знаю, к чему ведет жестокость. А вот путь, который выбрала ты, приведет нас всех к миру. Ну, или, глядишь, научимся терпеть друг друга.