Онлайн книга «Луна в тумане»
|
— Не собираюсь, — кивнул я. — Это не допрос? — Нет, не допрос. Веер вернулся на прежнее место за поясом. — Вот вам и первая причина моего удивления, — Исиба-старший достал из рукава футляр с очками и вскоре уже смотрел на меня сквозь выпуклые линзы. — Есть и вторая. Вы могли прийти ко мне в контору, так? — Не мог, — сказал я. — Правильно, в конторе есть свидетели. Вы могли прийти ко мне домой, тем более что адрес вам известен. Скажем, вечером, а? — Не мог, — сказал я. И указал Исибе место напротив себя. — Дома мы смогли бы уединиться, чтобы говорить без свидетелей, — он сел и расправил складки одежды так тщательно, словно это было важнейшее занятие в мире. — Но вы не захотели, чтобы кто-нибудь увидел, как вы приходите ко мне во второй раз. Это кое о чем говорит, правда? — Допустим. Что еще? — Вы через посыльного пригласили меня в управу. Обычное дело: дознаватель приглашает заявителя, чтобы получить дополнительные сведения или уведомить, что заявление отклонено. — Или заявлению дали ход, — добавил я. — Это вряд ли. Зачем сообщать об этом заявителю, если пока еще нет конкретных результатов? Лишняя морока, пустая трата времени! Итак, следи кто за мной, он поймет, что я скорее всего потерпел крах. Из вышесказанного я делаю вывод… — Ну? — поощрил я торговца. Исиба хрипло засмеялся: — У вас есть ко мне предложение. Вряд ли оно официальное. И оно должно мне понравиться, не так ли? — Вам оно не понравится, — сказал я. — Правда? Я сгораю от любопытства. Скажите, господин дознаватель… Вы ведь не верите в потустороннюю силу? — Не верю, — согласился я. — В вашем случае — нет. — Ну хорошо, — он подмигнул мне с вымученным весельем, — халат и шапку можно надеть. Печать с неудобочитаемым бредом можно наклеить на лоб. Выкрасить лицо и руки под цвет кожи трупа… — Нанять акробата, — в тон ему продолжил я. — Ловкого и сильного. Которому прыгать на двух ногах и хватать легковерных простаков за грудкѝ — что нам с вами валяться в постели и жевать вяленую хурму. — Акробата? Да, пожалуй, — в очках отразился двойной блик светильника. — Но как вы объясните хор? Голос, похожий на хор из пяти голосов? Ладно, крик «Освободи меня!» или что там кричал этот подставной мертвец — все могло быть придумано для пущего устрашения. Ночь — прибежище страхов. Но множественный голос?! — Вы посещаете театр ёсэ? — спросил я. — Представления на базарах и площадях? Под открытым небом? Исиба взмахнул очками, забыв, что это не веер: — Комические сценки, анекдоты? Пародии на настоящих, знаменитых актеров? Пинки под зад? Вы уж извините, господин дознаватель, но я бы не назвал это театром. — Как вам угодно, — ледяным тоном ответил я. — А я, вульгарный самурай, чей бедный дом не покрыт корой дерева хиноки[9], посещаю и не стыжусь этого. Мой вкус не столь изыскан, как ваш. И, как зритель, я знаком с фукувадзюцу — искусством чревовещания. Вы не поверите, но куклы искусных чревовещателей порой говорили так, что ваш многоголосый мертвец сдох бы от зависти во второй раз! — Если вы не верите в чудеса, — Исиба пожал плечами, — если акробат и чревовещатель… Почему вы продолжаете заниматься этим делом? Передайте его в полицию и забудьте о нем! — Мой начальник сказал вам, что я обычно довожу дела до конца. Смею ли я разочаровывать начальство? У меня есть ваше заявление, значит, есть повод продолжить дознание. Какая разница, во что я верю, а во что — нет? |