Книга Большая охота Крика, страница 195 – Саша Хеллмейстер

— В чем дело?!– рыкнул он.

— Мы должны вернуться за ними.

На моих губах был горький вкус дыма. Он наполнял воздух и мои легкие клубами. С нами поравнялся Адам.

— Возвращаться нельзя,– сказал он.– Беги и не слушай ее.

— Нет!

Я злобно посмотрела на него. Адам бежал впереди. Теодор мог бы с легкостью обогнать его, однако не делал этого.

— Что значит «беги и не слушай»?! Послушай-ка, я надеру тебе задницу, когда сойду на землю!

— А я тебе помогу,– посуровела Констанс.– Мы не должны их бросать. Это неправильно.

Он проигнорировал и опустил костяной лоб. Под его когтями заскрипел лед. Теодор с сомнением спросил:

— С чего ты взяла, что им нужна помощь?

— Все в огне! Они сгорят!

— Беги спокойно, рогатая тварь.

— Спасибо, что разрешил, мерзкий прихвостень Повелителя Кошмаров,– огрызнулся Адам.

— Я пообещал защищать вас,– холодно сказал Лунь,– и свое слово сдержу. Все остальное меня не касается.

Мои глаза заволокло красным. Я бессильно сжала кулаки. Вендиго были сильнее, они не позволили бы мне сделать то, что так хотелось. Была дурацкая мысль спрыгнуть со спины Теодора на полном ходу – но так я только разобьюсь, если не насмерть, то до переломов. А если пробью себе голову?

Осталось только уколоть самолюбие Луня, вывернуть наизнанку свою собственную боль и сделать больно в ответ:

— Тогда спасайся сам, трус. Я хочу вернуться за тем, кто мне дорог!

— Я тоже,– тихо произнесла Конни и скрутила в кулак шерсть на густом загривке у Адама.

— Мы должны им помочь,– сказала Соня.– Во имя человечности, которая заставила их вступиться за нас, мы должны вступиться за них, иначе она победит!

— А тебя вообще никто не спрашивал!– воскликнул Лунь.

— Я против,– это был Адам.– Нужно доверять своим близким, Лесли. Научись доверять Виктору и делать то, что он велит.

Слово было за Теодором. Перед нами далеко простиралась ледяная равнина, мы преодолели чуть больше половины пути. Стеклянный небоскреб Иктоми, этот покойницкий Эмпайр-стэйт, нависал над нами, и его тень падала на озеро тяжелым столбом. И Тео остановился, скрипнув когтями по льду и тяжело дыша.

— Я тоже не брошу его здесь,– вдруг сказал он, и я возликовала.

Пепел ковром покрыл лед, но Адам разметал его, когда резко встал на месте. Он припал на круп и задние лапы, как лошадь, которая мчалась во весь опор и вдруг поднялась на дыбы. Теодор решительно выпрямился и расправил плечи. Он не собирался сдаваться, и я ободряюще сжала в кулаки шерсть на его загривке.

— Он ясно сказал: встретимся на острове. И я дал ему обещание.– Лунь остановился возле Адама. Тот глубоко дышал паром, буравил брата недобрым взглядом.– Куда ты вернешься, Тео? Опомнись и посмотри назад, там все в огне.

— Я знаю. Но поступать иначе мы не должны.

Теодор тряхнул длинной черной гривой и побрел обратно, к пылающему берегу, но он не успел сделать больше нескольких шагов. Адам появился сбоку и подрезал путь, огибая брата и толкая его косматым бедром. Тео недовольно заворчал.

Из оскаленной пасти Адама между острых длинных клыков вырвался густой клуб белого пара.

— Я сказал. Мы. Идем. Дальше.

Впервые я слышала такой холодный, такой отстраненный и злой голос, и не верилось, что он принадлежал Адаму.

Нашему милому дяде Эду, который все и всем спускает с рук.