Онлайн книга «Большая охота Крика»
|
Атаэнсик кивнула. — В его волосы вплели врановые перья, на лице его – черная краска. Атоннхетс[20], мертвая сила в нем, отныне связана со Смертью, и в случае чего добрый Ворон присмотрит за твоим супругом, если он уйдет из жизни раньше, чем то положено, в долину множества теней. Теперь твой избранник будет твоим защитником. Муж скрывает жену от тени хищного Йеля, если тот надумает унести ее жизнь в голодный год или в тяжкие роды. Защитит от внезапной кончины. Мы чтим бога-Ворона больше прочих. Это покровитель нашего племени. Покровитель народа кремня. И если даже вы пройдете Тропой Мертвых, Йель вас не покинет. Но за все, даже за благо, в этой жизни требуется плата. И Вакхтерон ее заплатит. Вик тяжело дышал в тугой повязке, но терпел, пусть лицо его блестело от пота. Он осушил чашку настойки с красными ягодами, и тем, что осталось на дне, ему раскрасили грудь. Другие гости с интересом смотрели за тем, что происходит, считая, что это просто красивый старинный обычай, но я так не думала. Повернувшись к Атаэнсик, я спросила: — Но о какой плате вы… Я запнулась, осмотрелась вокруг, вгляделась в сумерки и поискала ее среди гостей. Атаэнсик нигде не было. Вместо нее ко мне подошла супруга Аарона Луиза. — Лесли, все хорошо?– ласково спросила она.– Выглядишь потерянной. — Так и есть,– смутилась я.– Просто… Она вскинула брови и выглядела готовой ответить на любой мой вопрос, рассказать все, что я попрошу, но внутренний голос подсказал мне умолчать о странной встрече. И, помедлив, я спросила, что будет дальше. Очень скоро, закончив с подготовкой, индейцы взялись за музыкальные инструменты, которые привезли с собой, и сели в круг у костров. Инструменты эти выглядели порой очень диковинно и странно, но Луиза рассказала мне почти о каждом и пояснила, зачем они нужны. При них были и барабаны, большие и малые: представляли они собой оленью мягкую кожу, натянутую на горшки. В руках у других появилась антара[21] – некое подобие продольной флейты пана из множества трубок. Я заметила бубны и погремушки из высушенных тыкв, искусно расписанные черными, красными, белыми красками. Были у них ударные доски с вырезанными парящими птицами, погремушки, сделанные из старых на вид рогов,– я изумилась, когда мне шепнули, что это передающиеся из поколения в поколение бизоньи рога, а также множество бубнов, сделанных в виде ворона. Из чего только не было там погремушек! Индейцы надевали на запястья оленьи копытца, морские ракушки и гроздья ореховых скорлупок. Женщины усаживались в круг с терками, по которым надо было проводить костью, чтобы те издали треск. У одной из индеанок в руках была толстая трубчатая палка с пересыпающимися внутри песчинками: эта штука называлась нака-ата[22], она имитировала шум дождя. Другой мужчина держал любопытную штуку, называлось это стонущее дерево – продолговатая дощечка на кожаном шнурке. Ее нужно было раскручивать над головой, подражая шуму ветра в каньоне. Многие имели при себе свистки из костей цапли и тростниковые флейты. Как пояснила мне Луиза, свистки нужны были не для музыки, а для мистической связи с духами. Это был не просто музыкальный инструмент, скорее священный объект. Двое мужчин взяли в губы свистки, сделанные из полых костей ворона, еще двое – из лебяжьих. Они свистнули, чтобы продуть их, и с губ сорвались птичьи крики. Аарон тоже сел в круг, в его губах был свисток из орлиной кости, и когда крикнул среди тишины этот грозный хищник, все ожило, индейцы потянули белых сесть рядом с собой. Все должны были участвовать в ритуале, даже наши гости, изумленно переглядывающиеся друг с другом. |