Книга Ваше Величество, повернитесь! Попаданка-уролог для Дракона, страница 3 – Натали Бескрылая

Справа снова кто-то слишком громко вдохнул. Наверное, та же дама. Понимаю: если в этом дворце слово «осмотр» уже считалось неприличным, то «понадобятся ваши покои» тянуло на государственный переворот.

Хотя, если честно, разница была неочевидна.

Колени мелко дрожали. Чистая физиология: адреналиновый всплеск, нулевая видимость безопасного выхода и пациент, рядом с которым умереть можно быстрее, чем поставить диагноз.

Мой диплом уролога сейчас весил примерно ничего против клинков за спиной. Но спину я держала ровно — просто потому, что дай я слабину, меня здесь и закопают. Возможно, даже по всем правилам местного этикета.

Мама всегда говорила, что у меня нет инстинкта самосохранения. Мама была права.

Тишина под сводами стала душной. Иртан смотрел на меня долго — слишком долго для человека в приступе. Потом перевёл взгляд на старика в фиолетовом, на стражу, на зал.

— Свидетель даёт рекомендацию, — произнёс он наконец. Голос был пугающе ровным. — Церемония окончена. Всем выйти.

Сначала не двинулся никто.

Потом по залу пошла волна: шелест тканей, сдержанный звон металла, нервные поклоны. Шаги людей, которые слишком спешили не видеть слабости и гнева своего императора.

Старик в фиолетовом задержался было, но Иртан даже не повернул головы. Этого хватило: старик ушёл последним.

Господи, Аня. Ты только что приказала императору-дракону готовиться к урологическому осмотру посреди тронного зала. Лёгких путей ты и правда не ищешь. Что ж — если меня здесь и казнят, то хотя бы за попытку спасти жизнь. Клятва Гиппократа, чтоб её.

Когда тяжёлые двери закрылись, зал стал больше, пустыннее и холоднее. Стражи за спиной уже не было — но легче почему-то не стало.

Иртан всё ещё держался за трон. В золотых глазах, глубоко под слоями боли и ярости, держалось то самое хищное любопытство — так смотрит тот, кто внезапно нашёл надежду там, где не ждал.

Первый острый период был позади, но радоваться было рано.

Я только что добровольно заперла себя в палате с пациентом, у которого огнемёт встроен в гортань.

И, кажется, единственный мой способ выйти отсюда живой — удержать его на ногах.

ВИЗУАЛ К ГЛАВЕ:

Главная героиня, которую занесло туда, где вместо нормальной диагностики — заговоры, эликсиры и уверенность, что “доказательная медицина может все”!

Обсидиановый император.

Власть, корона, Закон и болезнь, которую слишком долго называли не диагнозом, а судьбой.

Две створки чёрного дерева сомкнулись за моей спиной с тем глухим звуком, с каким закрывают операционную изнутри.

Только здесь, кажется, ручки с моей стороны не было.

Острый приступ я успела притушить ровно настолько, чтобы император не рухнул при дворе и мог отдавать приказы, не вцепляясь в подлокотник как в последнюю надежду. Полноценным лечением это не было: так, аварийная заплатка на организме, который слишком долго лечили по принципу «если не помогает — стукни сильнее».

Первая помощь закончилась.

Началась бюрократия: меня вели оформлять.

Под охрану меня приняли четверо. Воронёные доспехи, копья остриём вниз — в трёх ладонях от моих ног. Дистанция конвоя, ничего личного. И это было хуже прямой угрозы: бежать настолько некуда, что конвоиры даже не тратили на меня лишнюю строгость.

Вели не к императору. Это я поняла по обрывку разговора у лестницы.